— Сколько? — мэр приподнялся в кресле.

— У нас большие проблемы с людьми — никого нет, кто мог бы обеспечить безопасность. Я тут ищу нашего сержанта, никак не могу найти. Вместе с ним нас на весь город останется всего три человека.

— Так, — мэр побарабанил пальцами по столу, — все решаемо. Сегодня после обеда я выступлю в нашем ДК. Плакаты уже готовят, расклеят по городу. Насчет людей я после того, как выступлю, я договорюсь — отправлю кого-нибудь в облцентр, чтобы временно дали…. Сколько людей надо?

— Да хотя бы человек десять. Лучше пятнадцать. Для патрулей на улицах. Камеры работать перестанут и тогда начнется ад.

— Пятнадцать человек, — задумался мэр. — Миш, столько не дам, не выбью просто. Десять — это максимум. Если сверху дадут добро. Я обрисую ситуацию, конечно… но сам понимаешь, людей у нас сейчас мало.

— Да я прекрасно все понимаю, Женя, все понимаю. Но если что-то случится, кто первый получит? Ты и я. Что не обеспечили безопасность в критической ситуации.

Мэр повернулся и посмотрел в окно, показав следователю свой профиль с плосковатым носом, четким вторым подбородком и нависшими бровями. Он немного поразмыслил и потом повернулся к другу, которого знал еще со школьной скамьи:

— Мы же еще можем создать народные бригады, ну, этих, с повязками, — он показал пальцем на плечо. — Но в область я тоже сообщу, — поспешно добавил он, смутившись под осуждающим взглядом следователя.

— Хорошо. Спасибо тебе. — Сергейцев пожал мэру широкую пухлую ладонь и улыбнулся. — Как-нибудь переживем это отключение.

— Да конечно, и не такое переживали, — улыбнулся в ответ Евгений Васильевич, досиживающий в этом кресле уже не первый срок.

Следователь вышел из кабинета, прошел мимо насупленного старичка и спустился по лестнице. Навстречу к нему бросилась пара, мужчина и женщина.

— Постойте, у нас есть тут…

— Что такое?

— Мы сняли на видео, это просто невероятно. Мы уже были в участке, сказали, что вас нет, мы хотели уже к мэру идти, а тут вы, — сбивчиво говорила женщина.

— Видео мы сняли, там такое, вы просто должны видеть, — вторил ей мужчина, очевидно, ее супруг.

— Так, что у вас там такое? Только быстрее, пожалуйста.

Женщина вытащила из сумочки смартфон, несколько секунд усердно тыкала пальцами в экран, потом, включив видео, развернула к Сергейцеву. Тот смотрел в черный экран. Из динамиков то нарастал, то спадал какой-то шум. Потом на экране сверкнула вспышка, на пару секунд появились контуры, визжащие звуки. Контуры напоминали крупного медведя. Затем видео завершилось. Следователь взглянул на людей, которые смотрели ему прямо в лицо.

— Что здесь происходит?

— Вы разве не видите? Это же мутанты! Биологическое оружие!

— Не вижу, — Михаил скептически нахмурился и сжал губы. Потом отмотал ролик на несколько секунд назад и пересмотрел концовку. — На самом деле, ничего такого нет. Шумно, ничего не видно. Может, это медведь.

— Да нет же! — сердито перебила его женщина. — Вы посмотрите какой он огромный!

— Послушайте. Я здесь не вижу ничего особенного. — Прежде доброжелательный тон полицейского моментально стал обжигающе холодным, как стальные качели в январский мороз — При желании я здесь могу ротвейлера увидеть или другую крупную собаку. Вы чего хотели?

— Чтобы вы возбудили дело и провели расследование… — женщина мгновенно утратила свой пыл.

— Расследование чего? Я не вижу здесь никакого преступления. Даже если это зверь. Что мне теперь? За жестокое обращение кого-то сажать?

— Ну, не, мы просто думали…

— Мы думали, что вы поможете избавиться от этого зверя. Он же наверняка опасен! — выручил мужчина свою супругу. — Подождите, у нас еще фотографии есть! Он нам дом порушил!

— Слушайте, идите в администрацию, пишите жалобу на лесхоз, что они не следят за обитателями леса, меня этим не донимайте, пока не будет предписания. У меня и без этого очень много работы.

Парочка, быстро спрятав телефон, посеменила в здание городской администрации. Сергейцев выдохнул. То ли еще будет. Он повернулся вслед семейной паре и посмотрел на двухэтажное здание администрации. Возле входа рабочие вешали яркий плакат: «Встреча жителей и администрации города в ДК в 14 00». Один угол никак не хотел приклеиваться на прибитую к кирпичной стене деревянную основу. «Учитывая, что из-за отсутствия электроэнергии почти никто не работал, зал будет битком», подумал следователь, садясь в автомобиль.

Его последней точкой в сегодняшней поездке должна была стать квартира, заявленная по вызову. Михаил до последнего надеялся, что это шутка или ошибка. Подъехав к дому, он обнаружил рядом знакомый мотоцикл. Опасаясь самого худшего, следователь поднялся до квартиры. Дверь была приоткрыта и через коридор он увидел лежащее тело в полицейской форме. Звонок был не шуткой. И ситуация действительно оказалась очень опасной — на весь город со всеми его жителями, при отсутствии электричества и связи он, следователь Сергейцев, фактически остался один — использовать дежурного, который и без того устал на рабочем месте, он никак не мог.