— Я заберу тебя с собой, — улыбнулся старичок. — Я тебя давно ждал.

Их старый дом полыхнул ярким пламенем, а потом была пустота.

***

— Ну и ну, — сказал дед Василий.

Теперь он осторожно подошел ближе и перевернул девушку. Ее лицо менялось буквально на глазах. Глубокие морщинки появлялись на уголках глаз и лбу, шея стала дряблой. Люба за несколько секунд прибавила не меньше пятидесяти лет.

— Что за чертовщина, — пробормотал дед, но его любопытству не было предела. По крайней мере, он один из всех не ощущал усталости.

Когда последние волосы покрылись серебром седины, а тело вернулось к реальному возрасту, Василий воскликнул:

— Да это же… Та самая… Любовь Михайловна…

— Нам не пора? — спросил Алексей, с трудом поднимаясь на ноги. Дед помог ему встать, не отрывая глаз от мгновенно постаревшей женщины. — А с ней что?

— Скорее всего, она мертва, — ответил Александр.

— А то, что было в ней?

— Нет. — и мужчина подхватил Антона, который потерял сознание от истощения.

Голем в это время освободился от навалившихся на него орков. Оставшись без четкого контроля, он гулко протопал к своему хозяину.

— Нам пора. Мы уже здесь ничего не сделаем.

— Но как же люди? — спросил Леша.

С противоположной стороны парка сверкнули прожектора, залив фасад ярким светом. Загрохотали колеса тяжелых автомобилей.

— Пес, — коротко бросил Александр, поудобнее перехватывая Антона. Сил привести его в чувство уже не было. Он переложил его на голема, вовремя подоспевшего. — Несите Пса, кто-нибудь.

— Всем бросить оружие! — раздался голос, усиленный аппаратурой. — Что это за… Огонь!

Застрекотал тяжелый пулемет. Дед, прячась за деревьями, со всех ног бежал к Псу. Схватив животное, он бережно поднял его на руки и тем же маршрутом побежал обратно. Люди уже грузились в автомобили. Сзади стоял вой гибнущих монстров, которые нашли свою смерть, не в силах устоять перед превосходящей численностью и огневой мощью.

За ярким светом прожекторов никто не мог видеть два автомобиля, которые быстро скрылись за первым же поворотом. Решили ехать в дом Черновых, предварительно забрав Аню. За руль фургона сел Александр.

Девушку, не находившую себе места от волнения, они усадили во внедорожник.

— Вам удалось, да? — спросила она, когда закончила душить Лешку в объятиях.

— Смотря о чем ты говоришь, — ответил дед Василий.

— Ну… — протянула она, наматывая локон на палец, — победить зло.

— Нет, — мрачно проговорил Леша, держась за голову. После сражения она нестерпимо болела.

— То есть как, нет? — удивилась девушка и сделала большие глаза.

— Мы не смогли спасти всех людей, — объяснил юноша, — но поколотили немало этих тварей. И у деда теперь нет карабина. — Он указал на согнутый ствол.

— Ого! Как это так?

И всю обратную дорогу до дома, дед Василий негромким голосом, чтобы дать внуку немного передохнуть, рассказывал, как Лешка помог Александру остановить целую толпу. И одну старую ведьму.

Машины заехали во двор дома Черновых. Голем выкатился из фургона и исчез за углом дома.

— А он не тронет Палыча? — обеспокоенно просил дед Александра. — Его бы похоронить по-хорошему.

— Не тронет, — успокоил он старика.

Они вошли в дом. Сквозь разбитое окно проглядывало ночное небо, полное звезд. Василий стоял на самом краю и глядел в бескрайние глубины. Александр помог уложить Антона на диване на первом этаже. Аня помогала Леше прийти в себя. Пса привели в порядок буквально последними силами. Теперь мужчина поднялся в кабинет хозяина дома.

— Я останусь на несколько дней здесь, послежу, чтобы все было в порядке, — тихо произнес он.

— Почему так получилось? — спросил Василий. — Почему та женщина умерла?

— Нас нельзя убить, — после краткого раздумья начал Александр. — Энергию нельзя уничтожить. И изгнать обычными способами тоже. Вероятно, она еще не совсем завладела этой женщиной. Или же она была достаточно сильна, чтобы не допустить полного поглощения. Была причина, по которой она не подчинилась полностью. Но когда Энергия покидает тело, она уходит полностью.

— Понимаю, — кивнул старик. — Наверное, теперь я понимаю. — Он посмотрел вниз, где под лунным светом копошился каменный голем. Тело его друга лежало рядом, совершенно нетронутое. — А может быть, его можно? Ну, вернуть к жизни. Как того мальчика?

В глазах старика блестели слезы.

— Мальчик был еще жив. Я лишь слегка помог, — ответил Александр и подошел ближе к краю, чтобы взглянуть. — Этот мужчина уже давно умер. Его уже нельзя воскресить в том виде, в котором он был при жизни.