Около аудитории уже скопилась большая масса студиозов. В сторонке стояла кучка преподавателей, к которой немедля примкнула и наша деканша.

— Привет, Тифани! — донеслось до меня сразу несколько голосов.

Далее зазвучал мужской бас:

— Готовы снова бороться за третье место?

— Мы и за первое поборемся! — дерзко ответила Клафелинщица.

Я склонился к Содеру.

— Готов бороться?

Тот пожал плечами.

— Посмотрим. Особо рвать задницу точно не буду.

— Ха! — вновь привлек наше внимание бас. — Переплюнуть моих ребят никому не удается уже на протяжении восьми лет!

Кто это там такой самоуверенный? Присмотревшись, увидел здорового дядьку, с бритой головой. Ему бы еще золотую цепь к его красной мантии, и вот он, наш родной братан!

— Кирза, подойди сюда, пожалуйста! — окрикнул дядька, и из толпы студиозов отделилась очень худая девушка.

Нос, как клюв у вороны, глаза маленькие, лоб высокий, волосы жиденькие, засаленные, убраны в один хвостик. Сразу видно, человек старался не отвлекаться от учебы.

— Сапог.

— Что, сапог? — не понял Содер.

— Имя Кирза. У меня ассоциация с кирзовым сапогом, — я подошел поближе к преподавателям, и за руку притащил за собой Содера.

— … представить вам Кирзу Забугу, — разглагольствовал дядька. Мне удалось разглядеть эмблему на темной мантии девушки. Академия Ураласа. — Наша звёздочка, свет которой затмит за собой всех остальных студиозов первых курсов! Без преувеличения скажу, она гений.

Содер тронул меня за плечо.

— Пойдем. Чего его слушать? Рекламирует себя, великого, взрастившего нечто столь же великое.

— Лучше бы взрастил ей еще и любовь к гигиене. Пойдем.

Однако, уйти нам было не суждено. Клафелинщица нас заметила, и активно замахала рукой.

— Гарет, Содер, подойдите сюда!

Мы нехотя приблизились, и встали рядом с Кирзой.

— Вот наши две звездочки, — широко улыбнулась деканша. — Думаю, они составят вам достойную конкуренцию.

— Кто? Эти? — маг широко улыбнулся. — Готов поспорить на десяток золотых, что они будут глотать пыль, глядя вслед Кирзе! Даже вот на этом этапе.

— Ты настолько в ней уверен? — подначила его Клафелинщица.

— Да!

Кирза, видя такую поддержку со стороны наставника, сделала самое плохое, что только могла сделать. Вместо того, чтобы спокойно слушать бахвальства препода, она решила встрять в разговор.

— Уважаемая магесса, — с легким поклоном сказала она. — Не советую спорить с господином Белькером на деньги. Я спокойно разбираюсь с задачами четвертого курса. Многое решаю в уме. Ваши студиоз, — Кирза покосилась на нас, — несомненно самые достойные и знающие среди студиозов Вашего университета, но мне они не конкуренты. Извините, если прозвучало, как хвастовство, но это действительно так!

— Мы кое-что тоже умеем, — проворчал я.

Ее слова задели меня. Не сказать, что разозлили, но обидно стало. Да. Преподаватели бурно начали дискутировать, а Кирза склонилась к нам.

— Умеете? — она растянула тонкие губы в пренебрежительной улыбке и тихо прошептала. — По вашим рожам даже внешне видно, что наука — это не ваше. Если честно, вообще непонятно, как вы сюда попали. Я обойду вас так же легко, как малых детей, набрав больше баллов, чем вы оба в сумме. Академия Восточной провинции нынче опустится еще ниже.

— Да как ты… — начал возмущенно говорить Содер, и тут же умолк, натолкнувшись на мой взгляд.

— Не надо, Содер.

Кирза видя, что мы не собираемся отвечать, фыркнула, и с достоинством удалилась к своей группе.

— Ты знаешь, я передумал, — мое настроение из спокойного и где-то равнодушного после слов Сапога резко изменилось. Меня с головой захлестнули возмущение и злость. — Теперь я буду за победу рвать задницу на британский флаг!

Содер удовлетворенно кивнул.

— Сделай ее! Только учти, она видимо и вправду очень умная. Не зря же ее наставник предлагает заключить пари.

— Ты забыл? В отличие от тебя, я учился на инженера, и был в университете с высшей математикой на ты. Плюс физмат школу окончил. В олимпиадах не только участвовал, но и побеждал, — с мрачной решимостью глянул Содеру в глаза. — Сколько у нас денег?

— В смысле?

— Хочу еще подзаработать!

— Пари с ее наставником?

— Да.

— Давай поставим не более ста золотых, — засомневался Содер.

— Ставим все!

— Хорошо, — вздохнул он. — Поставим двести. Но учти! Я не прощу, если она вдруг выиграет!