— Чего? В чём дело? — спросила я. Её веточки слегка дрогнули, — Слишком холодно?

Веточки снова дрогнули.

— Ты же растение. Тебе не может быть холодно, — посмотрела на неё я и вздохнула, — Ну ладно, ладно, отнесу тебя в дом, в тепло. Но если он решит, что я рехнулась, это твоя вина.

Как обычно, дриада промолчала. Но было ощущение, что умей она говорить, сказала бы спасибо.

Вряд ли ветхий звонок работает, поэтому я постучала в дверь, держа в другой руке счастливую дриаду.

Крышечка глазка на другой стороне тихонько щёлкнула, я ухмыльнулась, и дверь раскрылась.

— Чего тебе надо? — спросил детектив, не открыв дверь до конца, — Если попытаешься меня снова укусить…

— Я не хотела. Прощения просить пришла.

— Неужели?

— Ага. Вот, комнатное растение принесла, — сказала я и показала ему дриаду. Несколько её корешков оторвались от камешка, качнулись и потянулись к нему.

— Это не… — он умолк и пару секунд смотрел на подарок, — Странно. До этого оно не походило на комнатное растение.

— В последнее время ты слишком много нервничал, — сказала я, — Тебе уже всякое кажется. И если она вдруг станет похожа на банку кошачьего корма, просто напомни ей, что она растение.

— Если станет похожа на…

— Может запустишь уже?

Детектив Туату недоверчиво глянул на меня.

— Обещаю больше не пытаться тебя кусать.

Он вздохнул, открыл дверь шире и отступил. Я ликующе прошествовала по коридору с дриадой в руке.

— Придётся тебе окна помыть, — через плечо сказала я, — Ей нужно больше света.

— Может его снаружи оставить? — спросил он, — Мне не нужно комнатное растение.

— Но внутри с ней проще будет разговаривать.

— Я не собираюсь разговаривать с растением.

Я пожала плечами и сдвинула в сторону отслоившуюся краску и кухонную щётку, чтобы на подоконнике стояла только дриада.

— Ну как знаешь, но думаю, если с ней разговаривать, расти она быстрее будет.

— Она станет больше? Я думал, это бонсай. Поливать нужно?

— А никто и не говорил про увеличение, — ответила я, — Я сказала, расти быстрее будет.

— Никак в толк не возьму, понимаешь ли ты сама себя, или говоришь первое, что на ум придёт.

Я ухмыльнулась:

— Бесит, да? А эти трое со мной так постоянно. Похоже это заразно.

— Эта троица, — начал детектив, — Что они со мной сделали?

— Что, с головной болью проснулся?

— Нет, — угрюмо и разочарованно ответил он и быстро скользнул глазами на дриаду, на меня и снова уставился на растение, — Что вы с мальчиком сделали?

— Он в порядке, — ответила я на вопрос, которого он прямо не задавал. — Может, покажется, как поправится. Только не думаю, что ты с ним что-то сможешь сделать. Если, конечно, у вас в участке нет особого подразделения, о котором я не знаю.

Детектив беспомощно рассмеялся:

— Я бы мог привлечь его как соучастника постфактум, или обвинить в побоях и нанесении ущерба, но доказательств нет. Что с ней?

— За неё не переживай.

— Они её убили?

— Типа того, — сказала я, чтобы аккуратненько его к этому подвести.

— Как можно «типа» убить кого-то?

— Она вырвалась и попыталась замочить меня. Зеро её остановил.

Он вздохнул:

— Понятно.

— Понятно? — удивительно. Думала, он расстроится куда больше, особенно учитывая, что Эрика мертва.

— Мне это не нравится, но по крайней мере этому есть причина. Пэт…

— А? — прикольно. Впервые он меня так назвал. Даже не знаю, как к этому относиться.

— Они же закончили расследование?

— Ну да, а что?

— Да так, — ответил он и машинально коснулся пальцем веточки дриады. Интересно, заметил ли он, как корешки потянулись к нему? — Но Атилас всё ещё в участке.

Я нахмурилась. Вот и ответ на утренний вопрос.

— Странно, он ничего не говорил. Хотела бы я знать, что он затеял.

— Мне тоже, — ответил детектив, — Друг говорит, он поднимал старые дела.

— Что за дела?

— Пообещал рассказать позже. Так поливать нужно?

— Наверное, — ответила я, — Хотя уверена, ей и так хорошо.

— Ну ладно, для начала сойдёт. Только если завянет, меня не вини — садовник из меня никудышный.

Я состроила гримасу:

— Ну, придётся постараться, чтобы её убить.

Придётся умереть самому, скорее всего. От этой мысли я перестала лыбиться.

— Отлично, — сказал детектив, — Заботиться о растениях времени у меня нет.