Подхожу к шкафу и грустно вздыхаю. Места мало. И вообще, хоть номер и просторный, меня не покидает ощущение дискомфорта и тесноты. Барсов своей энергетикой просто душит. Или, может быть, просто я так его воспринимаю?

Неуверенность в себе не позволяет поставить между нами барьер. А скрытое желание принять всё, что он мне даёт, я сама убиваю на корню. Отсюда и рождается уплотнение вокруг меня.

Вся поза мужчины говорит о его решительности. Он настроен на перекрытие входов и выходов. Заполняет всё собой. Притягивает к себе. И у него отлично получается.

То ли усталость накатила, то ли новые ограничения выжгли во мне всю храбрость, но я возвращаюсь к кровати и просто сдаюсь.

Падаю на мягкие подушки и думаю о том, что судьба ко мне отнюдь не благосклонна.

Слышу, как твёрдым шагом босс идёт ко мне. Аккуратно ложится рядом и проводит пальцем по моему плечу.

— У меня парень, – напоминаю я, не глядя на Яна.

— По возвращению его уже не будет, – уверенно произносит он. – Есть более правдоподобные отговорки?

— Да. Я против служебных романов.

— Глупый стереотип, – мягким касанием ведёт дорожку к шее, а затем к подбородку. – Я обычный мужчина, – делает паузу и чётко проговаривает: — Нормальный, – смотрит внимательно в глаза. — И я тебя хочу.

Мотнув головой в сторону, приподнимаюсь на локтях и раздражённо протестую:

— И в чём выражается ваша нормальность, Ян Маркович? Я – женщина и сказала «нет». Много раз. Для вас это что-то значит?

— Значит, – огрызается сквозь зубы. – Заметь, я никак тебя не принуждаю. Ты сейчас вольна делать что хочешь! Не привязана голая к кровати и не кричишь подо мной на всю чёртову гостиницу.

Открываю рот, чтобы возразить, но тут же закусываю губу, ощущая, как по телу стремительно разливается жар. От одной только мысли, что этот мужчина и правда может меня заставить кричать, я отчаянно краснею. Поджав на ногах пальцы, пытаюсь зацепиться хоть за малейшую способность трезво думать, но возникшие сексуальные фантазии и изводимое неудовлетворение размягчают мне мозг, и пальма первенства переходит уже начавшей истекать соками вагине. Беспалевно свожу вместе ноги и облизываю пересохшие в момент губы.

— Твоё обдумывание затягивается, не находишь? – жёстко говорит босс и сводит хмуро брови.

Молчу. Я сейчас себе не принадлежу и точно умудрюсь вместо: «Пошёл ты!» ляпнуть: «Засади поглубже!».

Выгляжу, наверное, идиоткой, но создавать себе ещё больше проблем не хочу.

— Знаешь, Мила, я разочарован, – хрипло шепчет начальник, поджимая губы. – А ты, оказывается, лицемерка.

Мои брови взмывают вверх, и от услышанного неприятно жмёт в груди.

— Ты позиционируешь себя порядочной, а на деле даёшь повод к подкатам. Ты думаешь, что я не вижу, как ты вся течёшь и даже не пытаешься это скрыть, – с диким блеском в глазах очерчивает пальцем моё тело. — Разлеглась передо мной, но при этом хранишь верность псевдо-парню, – встаёт на ноги и, наклонившись ко мне, упирается в кровать кулаками по обе стороны от меня. – Что ещё? – глаза в глаза. – Ах да. Ты не проститутка. Ты просто стерва, решившая набить себе цену. Мужиками играть горазда, – и на выдохе: – Если ты думаешь, что я буду за тобой бегать, то ты ошибаешься. Сегодня же пойду и трахну первую встречную.

Резко оттолкнувшись, мужчина выпрямляется и, мазнув по мне презрительным взглядом, подходит к своему чемодану. Грубо выругавшись, катит его в ванную комнату, с грохотом закидывает внутрь и смачно захлопывает дверь, оставляя меня в полном ступоре лежащую на кровати.

***

К тому моменту, когда Барсов выходит из ванной, успеваю согласиться со всеми его высказываниями и обидеться до глубины души. Мало того, что за проститутку не попросил прощения, так я ещё и лицемерная стерва вдобавок. Чем дальше, тем больше раскрываю в себе талантов. Желчные слова задели за живое, и это стало для меня откровением. От любого другого я бы приняла их с типичным равнодушием, но не от Яна.

Кто давал ему право так со мной обращаться? Да и за что? За то, что по щелчку его пальцев мои ноги не раздвигаются?

Так это уже дело принципа. Да. У меня жуткий недотрах, но становиться перед ним из-за этого на колени и позволять себя поиметь ещё и морально я не намерена. А это получится именно так.

Я не отрицаю. Меня влечёт к нему физически до скрипа зубов. Но чисто по-человечески меня злит только сама мысль, что я могу так низко упасть, позволив какому-то козлу облегчить свои яйца, использовав мою слабость.

Я не верю в сказки, где мудаки становятся правильными и уравновешенными. Мечтаю, но не верю.

Я не прекрасная скромная принцесса, ради которой такой индивид, как Барсов, полностью изменит свою жизнь. Про плохишей прикольно в романах читать, в реальности же они поимеют, подмигнут на прощание и свалят на поиски другой такой наивной дурочки. И так по кругу.

Барсов уже в подробностях описал обо мне своё мнение. Вряд ли, засунув в меня член, у него щёлкнет в мозгу, и он поймёт, какая я хорошая и необыкновенная.