– Порцию Блэнтона, не разбавлять.

– Сейчас сделаю.

Несколько мгновений спустя она ставит передо мной хрустальный бокал.

– Сэр, приятно видеть вас снова. Не знаю, помните ли вы меня. Я - Саванна, и для меня будет честью снова приветствовать вас в «Кружеве и коже».

Она не только не в моем вкусе, но и слишком нетерпелива.

Это означает, что я не испытываю желания заполучить слишком голодного и жаждущего партнера. Мне нравится трепет. Я получаю удовольствие от эндорфинов, которые наполняют кровь, когда сабмиссив отказывается от страхов и заменяет их доверием.

– Спасибо, Саванна.

Мы оба знаем, что это не ее настоящее имя.

– Сегодня я просто присматриваюсь к тому, что изменилось за время моего отсутствия, - я вздыхаю, - а что осталось прежним.

– Да, Сэр. Если вы передумаете, я на месте.

– Если я это сделаю, я дам тебе знать.

– Господин Сантана.

Я поворачиваюсь к знакомому женскому голосу, и мои губы расплываются в улыбке.

– Дороти. Я вижу, вы все еще здесь.

– Каждую ночь, - взмах ее длинных ресниц заметен сквозь усыпанную рубинами маску.
– Я предпочитаю ночи, когда не работаю.

Из моего горла вырывается смешок.

Рубиновые шпильки указывают на то, что она предпочитает по-особому жестко. Могу предположить, что ее ночи, когда она не работает, на самом деле загружены работой по полной. Принятие обжигающей боли трости или ударов кнута - это как физическое, так и умственное напряжение. Хотя такая степень доминирования мне не нравится, я с полным уважением отношусь как к доминантам, так и к сабмиссивам, которые получают удовольствие от такого образа жизни.

– О, у меня не получилось ввести вас в заблуждение, - произносит она.
– Рада снова вас видеть. Сегодня это моя работа – убедиться в том, что наши VIP-гости остались довольны. Скажите, Сэр, что или кто может это вам обеспечить?

Я качаю головой.

– Дороти, сегодня … - я не уверен, как закончить предложение.

– Господин Сантана, «Кружево и кожа» в вашем распоряжении. У вас полная свобода передвижения. Запретные комнаты закрыты, - она ухмыльнулась.
– Все остальное в полном доступе.

– Полагаю, я посмакую момент и получу наслаждение от своего бурбона.

– Ещё вся ночь впереди, - произносит она, протягивая мне карточку.
– До своей женитьбы вы были одним из лучших Домов в обращении с новыми сабмиссивами, - она кивает на карточку.
– Это ее первый раз. Я ни на что не намекаю, но она сейчас наверху.

Когда Дороти уходит, я опускаю взгляд на карточку в своей руке. На ней нет никакой личной информации. Просто белый картон с номером комнаты. Белый цвет обозначает новичка. Идея меня заинтриговала.

Я мог бы просто посмотреть на нее.

Вместо того, чтобы подняться по главной лестнице, я вхожу в VIP-холл и нажимаю кнопку вызова частного лифта. Двери-ножницы открываются, и человек в униформе, которого я не узнаю, кивает мне.

– Этаж, Сэр?
– задаёт он вопрос.

Я еще раз смотрю на карточку.

– Второй.

Мы больше не произносим ни слова, пока лифт движется вверх. Как только створка открывается, я прохожу в VIP-холл, который ведет к личным комнатам. У каждой комнаты есть своя собственная комната заднего обзора - зона, где можно рассматривать происходящее внутри одному или как пара. В той, в которую я вошел, было только одно кресло. Кожаное и добротное, принадлежащее к тому виду мебели, которая излучает респектабельность, по сути, представляя собой трон, больше похожий на те, что можно увидеть в современных кабинетах генеральных директоров, а не в древних тронных залах.

Войдя внутрь, я обхожу кресло и направляюсь прямиком к окну. Нажимая кнопку, ту самую, которая открывает затемненную комнату, я упираюсь кулаками в подоконник и подаюсь вперед.

Я сразу же отмечаю, что женщина внутри комнаты, в черном платье и белой маске, красива. Я мог бы представить, что она та же самая девушка из супермаркета, если бы захотел. У нее длинные светлые волосы, которые ниспадают на обнаженные плечи. Поза прямая, а взгляд сосредоточен на сцене, разворачивающейся по ту сторону обзорного окна от нее. Каждые несколько секунд она выгибается, свидетельствуя о том, что ее тело реагирует на то, что она видит. Моё внимание приковано к ее каждому движению, даже к тому, как ее соски касаются лифа платья, когда грудь вздымается. Я опускаю взгляд и замечаю, как её рука комкает подол юбки, открывая стройные ноги. Она ерзает и переступает на месте в своих туфлях на высоком каблуке, скользя по твердому покрытию пола. В тот момент, когда ее губы открываются, мой член вспоминает, на что он способен.

– За чем ты так внимательно наблюдаешь, красавица? Это первый раз, когда ты подсматриваешь за реальными людьми?

Она не слышит мои вопросы, но с каждой секундой кровь, бегущая по венам, ускоряется, напоминая мне, почему я впервые решил посетить «Кружево и Кожу».

Возможно ли, что есть надежда?

Могу ли я вернуться к жизни?

Вернуться к жизни.

Я размышляю над этой мыслью, пока блондинка продолжает собирать подол своей черной юбки, поднимая ее выше, обнажая все больше и больше свои бедра.