– Благодарю вас, Анжелика, - кивнула Антуанетта растерянно.

– Да не за что пока. Чего надевать-то, скажите, а то мы уже, по ходу, начинаем опаздывать. Конечно, есть надежда, что без нас не начнут, но вдруг?

К заявленным танцам Лика отнеслась настороженно - потому что никогда в жизни никакими танцами не занималась. Ну кроме как поколбаситься под музычку - но такое дело далеко не всякий вообще танцем назовёт. А тут, по ходу, снова обязательная программа от создателей «каждая дама должна».

Лика опасалась - это не гитара, с которой всё понятно, и даже не конь. С конём, конечно, как поладишь, так и поедешь, но там и от самого коня тоже кое-что зависит. А тут, как и в музыке, только от тебя и твоей подготовки. А какая ж у неё подготовка? Никакая.

Поэтому и Жакетку с собой зазвала - чтобы вместе бояться.

Она думала, что занятие будет прямо в бальной зале. Но нет - в той же гостиной, где вечерами пели. Там уже были девочки де Вьевилль, двое мужиков - один с гитарой, второй с флейтой, и третий - очевидно, тот самый учитель. Он был примечателен -невысокий и плотненький, если сбоку смотреть, так даже шарообразный. И как такой только танцует?

Оказалось - круто, мать его, он танцует!

Вышел перед ними, поклонился наворочено - куда там мальчишкам! Потом представился

– мол, зовут его Франсуа Ожье, он всю свою жизнь танцует и изучает танцы, путешествовал для этих целей и в южные земли и на Полуночные острова, встречался там со многими знающими людьми, и теперь готов поделиться всем, что знает, с госпожой Анжеликой и её дамами. А потом сделал знак музыкантам, те заиграли прихотливый ритм, он подхватил Лионеллу де Вьевилль и как взлетит в воздух! То есть Лике так показалось. На самом деле они бежали по кругу каким-то хитрым способом, время от времени взлетая вверх. И как же круто это выглядело! Сколько ж надо тренироваться, чтобы так суметь? Но Лионелла, наверное, танцует всю жизнь, во сколько лет-то их тут отдают на танцы?

В общем, Лика посмотрела и пригорюнилась. Она это не повторит. Ну или не повторит быстро. Потому что ничего же не понятно!

– Госпожа Анжелика, расскажите, слышите ли вы ритм в музыке?
– спросил её господин Ожье, поставив Лионеллу на место и переведя дух.

– А чего там слышать-то, конечно, слышу, - Лика не поняла, к чему тот клонит.

– Анжелика очень хорошо играет на гитаре и поёт!
– сообщила Франсуаза де Вьевилль.

Вот коза, кто просил-то её!

– Это замечательно! Значит, половина дела уже сделана!
– восхитился препод.

А дальше он предложил ей руку и принялся командовать. Начали с реверанса - пятки вместе, носки наружу, и присесть, и смотреть в пол, а ещё - шаг назад и присесть, и сидеть, пока не поднимут - вы ведь ко двору собрались, госпожа Анжелика, я правильно понимаю? Вот садитесь поудобнее на опорную ногу и сидите на ней, сколько скажут. И не смотрите на меня волком, представьте - что на моём месте её величество королева-мать, вы же на неё так смотреть не станете?

Шаги в начале оказались совсем простыми. Лика знала слово «павана», всё же она успела проучиться в музыкалке целых пять лет. И слово «аллеманда» тоже слышала. И ходить «шаг-приставили» тоже было совсем просто. И господин Ожье знай нахваливал и её, и Жакетту - типа, молодцы.

На павану построились в колонну. В первой паре Лика с преподом, во второй - Лионелла с Жакеттой, в третьей - Франсуаза и Туанетта. И господин Ожье ещё побурчал, что вообще нужны кавалеры, и он предупреждал об этом его высочество. Но пока пойдём тем составом, что есть.

Музыканты сыграли вступление - следовало сделать реверанс партнёру - и все пошли вперёд с левой ноги. Вперёд, назад, разворот, разворот. Танец простой, только смотри на кавалера да не теряй ногу, и всё будет хорошо. Таким манером обошли гостиную раза три

– по часовой стрелке, против и ещё восьмёркой, и господин Ожье дал знак музыкантам останавливаться, те сыграли завершение мелодии. В принципе, мелодия была красивая, можно попробовать сыграть её как-нибудь. В конце тоже следовало сделать реверанс партнёру и поблагодарить за танец.

А дальше начался трындец. Он назывался «гальярда», и это было то самое, что господин препод показывал в начале в паре с Лионеллой.

Сначала он заставил послушать музыку и отстучать ритм. Раз-два-три-четыре - пауза -пять-шесть. Хитренько. А потом - махать в этом ритме ногами. Лево-право-лево-право, потом в прыжке поменять ноги. Вообще не так уж и сложно, но сто пятьсот раз подряд и быстро - заколебаешься. Честно говоря, быстро пока вообще не выходило. Тынц-тынц-тынц-тынц - бряк-шлёп. И какие-то слова о том, что сначала надо поставить заднюю ногу, добавить переднюю, спружинить аккуратненько, и снова пойти вперёд с задней ноги, пока просто не воспринимались. Пока Лике отчётливо казалось, что двух ног для этого дела мало, нужно минимум четыре, как у Рыжика.

Музыканты заиграли медленно, и Лика с Жакеттой по отдельности пробовали сделать этот хренов шаг. Выходило плохо. Ещё нужно было не нагибаться вперёд и не заваливаться назад.

– Вы летите, госпожа Анжелика, а ваши ноги чуть-чуть отталкиваются от земли.

Куда там, ага. Чуть-чуть отталкиваются. Шлёпаются и шмякаются, будто в Лике сто килограммов, а не сорок восемь!

Наконец господин Ожье разрешил передохнуть. Жакетта плюхнулась в кресло, но он тут же поднял её обратно.

– Не садитесь, госпожа Жакетта. Будет тяжелее. Посидите потом.