Казарин убрал руку с моего рта и поцеловал. Меня затошнило от его перегара и слюны. Алексей больно сминал мои бедра, пробираясь все выше, к трусикам.

И тут я вспомнила, что у меня есть воля и силы. Немного, но имеются. Это не Марат, а чужой человек, который возомнил о себе невесть что. Он не имел права даже говорить со мной в таком тоне, а уж касаться.

Я изловчилась и укусила его за губу. Казарин взвыл и отпрыгну от меня.

Моргнув, я поняла, что ошиблась. Леша не сам отстранился. Это Артур отбросил его. Просто отшвырнул от меня, словно Казарин был не мужиком здоровым, а котенком каким-то. Леша оказался на полу. Я моргала, не веря в происходящее, с трудом приходила в себя, одергивая платье и продолжая вжиматься в холодильник.

— Ты совсем ума лишился? — зарычал на друга Артур.

Он даже оскалился, словно дикий зверь. Я обняла себя руками, всхлипнув. Даже понимая, что Артур защищает меня сейчас, я все равно жутко боялась. Меня пугала любая агрессия.

Казарин поднялся, приложил руку ко рту. Артур его ударил? Я не увидела?

О, боже, кровь. На губе. Это же я укусила его.

— Смотри, как интересно получается, Артур. Из-за нее ты положил болт на наше дело, а теперь и на меня руку поднял. Потрясающе, приятель, — нервно захохотал Алексей.

Артур сжал кулаки и задышал часто. Я буквально чувствовала, как в нем кипит гнев. Еще мгновение и в крови у Леши будет не только губа, но и все лицо. Но муж снова удивил меня. Он встряхнул Казарина, пришпилил к стене, как жука, и хлопнул его по щеке ладонью.

— Иди домой и проспись, — выплюнул Артур, отпуская его. — Утром поговорим.

Казарин больше ничего не сказал. Очевидно, он прочел в глазах Артура все, что требовалось. Алексей проскользнул вдоль стены к выходу из кухни, и через несколько мгновений я услышала, как хлопнула входная дверь.

Артур стоял ко мне спиной, не оборачиваясь. Я, наконец, нашла силы отлепиться от холодильника и вытереть слезы. Адреналин вперемешку со страхом все еще гуляли в моем теле. Меня потряхивало. Артура, кажется, тоже. Даже по его спине я могла угадать, что он с трудом сдерживается.

Мне нужно было уйти. Убежать наверх. Запереться в комнате и не открывать, пока все не забудется, как страшный сон. Но вместо этого я подошла к мужу и коснулась его плеча.

— Артур, — прошептала я. — Ты в порядке?

— Нет, — отрывисто выпали он и схватил меня за руку, сдавив пальцы. — Скажи, ты не хотела?

— Что? — не поняла я.

Или поняла, но не хотела верить.

— Хотела, чтобы он тебя целовал? — повторил Артур тише.

Мне стало жутко. Я попыталась вырвать руку, но он крепко держал.

— Скажи мне, Лиза.

Я всхлипнула, не в силах ответить. Страх отступил и теперь меня душила обида. Разве он не видел? Не понял? Почему? Зачем тот вопрос?

Дернув изо всех сил я, наконец, освободилась от хватки Артура. Но он сам обернулся и прижал меня все к тому же проклятому холодильнику. Он не трогал мои руки, но сдавил пальцами шею, почти причиняя боль. Этот прием обездвиживал меня не только физически, но и морально. А еще Артур смотрел на меня так, что становилось жутко. Он действительно бы в бешенстве, на грани. Удивительно, как только позволил Алексею уйти?

— Скажи, — рыкнул Батурин. — Я видел, что ты его укусила. Видел, как… проклятье…

Артур тряхнул головой, явно не испытывая удовольствия от озвучивания увиденного. Я судорожно втянула ртом воздух, начиная чувствовать что-то совсем иное, не похожее на страх или обиду. Его слова совершенно неуместно и неожиданно завели меня.

Артур продолжал говорить, возбуждая меня еще сильнее.

— Скажи мне, детка, — прошептал он мне в губы. — Просто скажи. Я хочу услышать от тебя.

— Я не хотела, — пискнула я, почти касаясь его губ своими.

Рука мужа больше не сжимала мою шею, а мягко надавливала, доставляя странное удовольствие. Я была вся в его власти, и мне это нравилось. Если Казарину я сама и мое тело сопротивлялись изо всех сил, забывая прежние покорные привычки, то Артуру мне хотелось отдаться. И свои оправдания я не считала унизительными.

Он хотел услышать, а я могла сказать. Это ведь было правдой.

— Скажи еще, — потребовал Артур.

— Я не хотела его поцелуев.

— А моих? Хочешь?

Муж легонько поцеловал меня в висок. Я затрепетала. Он отпустил мою шею и повел ладонью вниз, к плечу, увлекая за собой бретельку платья.

— Хочешь, чтобы я тебя целовал? — повторил Артур, снова касаясь моего виска губами.

— Сейчас? — спросила я.

— Да. Потому что мне очень нужно тебя поцеловать, Лиза. Прямо сейчас. Немедленно.

— Почему?

— Потому что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не пойти за Лешкой. Потому что я обязательно его покалечу, если пойду. Только ты можешь меня остановить.

— Он напился и, кажется, в отчаянии, — совершенно неуместно стала я оправдывать Казарина.

— Знаю. Но мне плевать. Он, черт подери, трогал тебя. Никто не имеет права к тебе прикасаться. Только я.