Я впервые за все это время посмотрела ему в глаза. Усталый взгляд, неглубокие синяки под глазами и проявившаяся щетина. Мужчина стоял у стола, сложив руки на груди. Ждал, что я начну говорить, но я не могла. Последние несколько часов были настолько напряженные, что сейчас я попросту была не в состоянии выдать и слова.

— Эрна, я жду, — строго произнес ректор. — Откуда у тебя эта дрянь?! И зачем ты начала принимать запрещенные вещества?! Я понимаю, твоя жизнь в последнее время совсем не сахар, но это не выход!

— Я… я не принимала! — возмутилась я, голос сорвался. — Просто… Я знала, что надо было сразу обратиться к лекарям, сперва посчитала, что мы сами справимся. Нира вела себя странно, но я и подумать не могла, что она прибегнет к… такому!

Запоздало ощутила, как по щекам текут горячие слезы, как кончики ногтей впиваются в ладони. Попыталась успокоиться, но стало еще хуже — с губ сорвался всхлип. Все, о чем я тогда могла думать — о Нире. Хоть бы она поправилась, хоть бы с ней все было хорошо…

Ректор сократил между нами расстояние за пару шагов. И опомниться не успела, как меня крепко обняли. Могла только ощутить легкий древесный аромат, исходящий от камзола мужчины. И руки, которые успокаивающе гладили по моей спине…

— Эрналия, пообещай, что ты никогда не возьмешься за эту дрянь… — прошептал он.

— Я и не… — вновь глухо всхлипнула.

— Тщ-щ-щ. Все в порядке будет с твоей подругой. Но да, следовало вызвать лекарей пораньше.

— Вы… вы же ее не исключите? — задала я совсем уж глупый вопрос. Да пусть исключают, если она при этом останется жива!

— Давай обсудим это позже? — тихо предложил он.

И я мысленно согласилась. Его слова о том, что с Нирой все будет в порядке, немного успокоили. Я нашла в себе силы, чтобы отстраниться. Выпутаться из этих объятий, ставших уж совсем неловкими.

— Спасибо, — пробормотала я. — И прошу прощения за эти эмоции.

— Все в порядке. — Дарен не стал настаивать, с легкостью освободил меня и прошел к столу. Разлил чай. Бросил туда какой-то мерцающий зеленым камушек. Пояснил: — Это успокаивающий артефакт. Он насыщает любую жидкость, в которую попадает, успокоительными чарами. Моя личная разработка.

Я кивнула. Без лишних вопросов сделала глоток. Сладковатый напиток горячей волной спустился в желудок.

— Эрна, как ты? — обеспокоенный голос Дарена. — Легче?

— Да, — уже спокойно ответила я, присаживаясь в отодвинутое Неррсом кресло. — Вы же видели символ?

— Да, — глухо ответила ректор, опираясь на стол. Он стоял буквально в полуторах метрах от меня, и это расстояние вдруг показалось мне непозволительно близким. — Эрна, хочешь знать, что именно происходит?

— Да, — ответила я. А могла бы иначе? Нет.

— Но перед этим я хочу услышать твой ответ.

Прямо сейчас?! Он что, издевается?.. Это даже как-то жестоко просить меня ответить на его ухаживания в такой ситуации.

— Господин ректор, серьезно?! Вы решили меня шантажировать? — возмутилась и уже хотела вскочить на ноги, чтобы покинуть кабинет, но Дарен слишком уж поспешно наклонился. Поставил свои руки на подлокотники, отрезая мне путь к выходу. Его лицо оказалось слишком близко, и я испуганно замерла.

— Эрналия Браунс, я говорю не про то, о чем ты подумала, — почти по слогам произнес он. — Впрочем, ты и так уже ответила. Я же спрашивал про последовательность всех действий, связанных с твоей соседкой по комнате.

Он медленно отстранился, буквально наслаждаясь моим смущением и смятением.

— Нира никогда не производила впечатление человека, который может использовать запрещенные сборы. Я склонна думать, что ее обманули, — начала я. — Вчера… когда я вернулась.

— Во сколько? — тут же спросил ректор, возвращаясь к своему предыдущему положению.

— Примерно к полуночи, — ответила я.

— Полуночи? — переспросил он, нахмурившись. — Если мне не изменяет память, порталом ты ушла куда как раньше.

Я тяжело вздохнула и начала с самого начала. С того самого момента, когда оказалась у входа в ВАК. Ректор слушал внимательно, не перебивал. Я же в свою очередь старалась рассказать обо всем максимально точно, избегая в своем повествовании лишь подробности диалога с Морэном. Не уверена, что эти вопросы вообще могут касаться Неррса-ректора.

— Хорошо, — после моего повествования резюмировал он.

Что именно “хорошо” я не знала. Как по мне, так хуже некуда.

— Теперь ваша очередь, господин ректор, — напомнила я, когда в кабинете восторжествовала гнетущая тишина.