– Поехали куда-нибудь погреемся, и заодно перекусим.

Минут через пятнадцать мы сидели в том же кафе, что и вчера. Аппетит нагуляли хороший, и я с жадностью съела тарелку супа и салат «Оливье».

После кафе заехали в супермаркет. Костя покупал домой продукты, а я бродила с ним вдоль витрин и представляла, что я его жена. Вот сейчас накупим вкуснятин, поедем домой, приготовим ужин и прикончим его под какую-нибудь семейную комедию.

Следующим по списку был детский сад. Костя сказал, что его мама приболела и попросила забрать сестренку. Он вышел из машины, а я открыла козырек, чтобы взглянуть на себя в зеркало, и оттуда вывалились какие-то бумажки. Нагнулась, чтобы собрать их с пола и замерла в согнутом положении, увидев под сидением гаечный ключ, на котором были красные пятна, очень похожие на кровь.

Я выпрямилась, и в зеркале отразился весь ужас на моем лице. Сердце бешено заколотилось. Господи, он этим ключом кого-то бил?.. Меня затрясло от страха. Неужели это кровь? Дрожащими руками быстро собрала все бумажки и засунула их обратно под козырек. Едва успела его захлопнуть, как Костя, держа за руку девочку в розовом комбинезоне, вышли из-за угла садика. Я растянула на лице улыбку, чтобы постараться замаскировать страх. Но, видимо, мне это не помогло.

– У тебя все нормально? – тревожно спросил Костя, когда сел за руль.

– Да, - пискнула я. Перед глазами так и стоял этот гаечный ключ.

– А вид такой, будто у тебя живот скрутило. Точно все хорошо? – еще сильнее нахмурился он.

И тут ситуацию спасла его маленькая сестра.

– Привет! – раздался тоненький голосок.

Я обернулась к девочке. Костя не просто нас познакомил, а рассказал Аленке, так звали его сестру, что это я вытащила ее из пруда. Алена оказалась очень разговорчивая и весёлая девчушка, которая всю дорогу до дома пела какую-то новогоднюю песенку. А потом она попросила нас с Костей погулять с ней во дворе. И глядя на то, как он подкидывает на руках свою сестру, как целует ее в красные от мороза щечки, как постоянно спрашивает не замерзли ли у нее ножки, и как он превращается в маленького ребенка, обстреливая нас с ней снежками, из моей головы испарились мысли о том, что гаечный ключ может быть испачкан кровью. Скорее всего это просто краска. Тем более у него свой автосервис, в котором наверняка подкрашивают машины.

Домой я вернулась около семи часов. На столе меня снова ждала записка: «Я тебе все клочья повыдергиваю, когда вернусь!»

Я стала прокручивать в голове разные варианты, как можно оправдаться перед мамой. И кое-что мне пришло на ум. Надеюсь, мама поверит в эту байку.

Она вернулась домой в час ночи вместе со своим Жориком. Снова на кухне звенели бокалы, в ее комнате включилась музыка, раздался громкий хлопок и следом за ним мамин смех.

– Ой, Жень, ты всю кровать облил.

– Сейчас мы это исправим, дорогая, - по коридору послышались шаги.

Я соскочила с кровати, приоткрыла дверь в своей комнате и увидела как в ванную комнату вальяжной походкой шёл высокий светловолосый мужчина в белой рубашке нараспашку. А через секунду он вышел оттуда с тряпкой.

Кажется, я заснула примерно через час после их прихода и под песню «Сойти с ума» группы «Рефлекс».

Мама проснулась когда я завтракала. Держась за стены, прошла на кухню и разом опустошила графин с водой.

– Людка, зараза, ты где вчера была? – спросила она и тут же прислонила пальцы к вискам, как будто ее голову пронзила адская боль.

Мама опустилась на табуретку. Я заботливо поставила перед ней стакан воды, таблетку аспирина, и принялась врать, что якобы пока она мылась, мне позвонила классная и велела срочно явиться в школу на пересдачу контрольной. А дальше все по плану: пришла, мамы уже дома не было, а я в гордом одиночестве и чуть ли не со слезами на глазах, горевала весь вечер, из-за того что не попала на ее праздник.

Мой план сработал! Мама, охая от головной боли, бросила пару недобрых фраз в адрес школы, а потом ушла в комнату, из которой доносился львиный рёв. Ее Жорик сегодня разбудил меня своим храпом раньше будильника.

На улице было морозно и очень темно, особенно в наших дворах, так как почти все фонари были разбиты. Люди, укутавшиеся в теплые платки, бежали на остановку. Кто-то чистил машины, кто-то не мог завести двигатель. Я не спеша шла к школе, спрятав нос в воротник дубленки, и слушала музыку в плеере, который еле-еле уместился в карман.

«Крошка моя, я по тебе скучаю, я от тебя письма не получаю, ты далеко и даже не скучаешь», - пела я, пока кто-то внезапно не схватил меня за руку. И в следующую секунду передо мной стоял Юрка и что-то очень эмоционально говорил. Я вытащила из одного уха наушник.

– Ты чего так пугаешь? – рявкнула я.

– Муха, тебе нужно как можно быстрее отделаться от этого Шамана! – запыхавшись, тараторил Юрка.

– Опять начинаешь? – рассердилась я. – Не учи меня как жи…

– Я вчера с Ульянкой разговаривал, - перебил Юрка.
– Рассказал ей, что ты с ним встречаешься. Она мне ТАКОЕ рассказала, что волосы на голове зашевелились. Теперь стало понятно, для чего ты ему нужна.