— Спасибо тебе, Рос, за то, что ты со мной! У меня нет друга дороже тебя!

Блондин притянул меня в себе, крепко обнимая, и поцеловал в щёку, как и я его совсем недавно.

Шум крылышек становился всё громче, вырывая меня из надёжных объятий Роса.

Очнувшись в своих покоях, увидела перед собой встревоженное лицо Златы, которая тарахтела своими крыльями, как нерадивый опахальщик.

— Чего шумишь, — насупившись, проворчала на кроху, помешавшую мне убедиться в способностях «юной соблазнительницы», как говорит бабуля.

— Ты так крепко спала… я испугалась, — Злата была, действительно, напугана.

Мне стало совестно за свою грубость, поэтому я виновато улыбнулась, наблюдая, как горничные и пара камеристок входят в мою спальню.

— Прости, хороший сон… досмотреть хотела… как на счёт завтрака?!

Прихорашиваясь и односложно отвечая на вопросы любопытной феечки, которую полюбила с первого взгляда, думала только о том, побыстрее бы наступила ночь, чтобы я смогла спокойно «досмотреть» сон, в этот раз, наверняка до конца…

Святослав

— Бой окончен! — Прозвучал голос наставника. Я опустил клинок. Араторн тоже. Я видел, как по его обнаженной груди стекали капельки пота. Наверное у меня так же. Оглянулся. Фредерик глядя на меня, усмехался.

— Чего ржешь? — спросил его.

— Моя сеструн постоянно наблюдает за тобой, Святослав. Особенно когда ты голый по пояс. Я даже представить не могу, как она бы смотрела на тебя, если бы ты был голый не по пояс, а полностью!

— Федя, вот скажи, ну почему у тебя всегда все сводится к одному.

— К чему? — Принц продолжал скалится.

— К отношениям между мужчиной и женщиной, когда они раздеты и наедине.

— Это нормально, Слав! А к чему еще должно сводиться? Мы молоды, жаждем любви. Разве нет? Вот когда станем стариканами, тогда да, будем вести разговоры на разные философские темы, не касаясь прекрасных дев. Вон спроси Араторна, я прав, эльф?

— О чем ты? — Араторн смотрел на принца.

— Как о чем? О Лидии, например! О, моя Лидия, свет очей моих. Душа моя. Брат, скажи Славу, как Лидия сладко целуется. А какие у нее ноги, а какая у нее грудь.

— Федя! А по шее? — Араторн стал злится. Что было удивительно. Он из нас троих всегда был само спокойствие.

— Да ладно, брат мой! Я Лидию люблю как сестренку. И я очень рад, что вы оба иногда шуршите в укромных уголках своей одеждой. Я, между прочим один раз, даже прикрывал вас, пока вы там облизывали друг друга! Оцени мою жертву! Все ради вас.

Я засмеялся, Араторн тоже.

— Федя! Ну ты то! Тоже мне жертва! Я уверен, что жертвуя собой, ты про себя не забыл! Скажи мне, принц, во дворце осталась хоть одна девица, у которой ты не проверил, что она скрывает под подолом своего платья?

— Конечно, осталась! Сейчас наговорите!

— Не, Слав, я думаю, что не осталась. — Сказал Араторн. Мы все трое засмеялись.

— Араторн! — проговорил принц, смеясь. — Знаешь, что я вчера видел?

— Что?

— Первый раз видел, как Лидия подралась из-за тебя.

— В смысле? — Мы оба с эльфом уставились на Фредерика.

— В прямом. С одной юной баронессой. Давай колись, брат.

— Чего мне колоться? — На лице Араторна было недоумение. — Какая баронесса?

— Не прикидывайся, эльф! — завопил принц. — Лидия просто так волосья не будет выдергивать у другой.

— Федя! — Мне было интересно. Лидия и банальная драка! Это было что-то из ряда вон выходящее. — Поясни, насчет драки. Я не верю, что бы наша певунья с кем-то подралась.

— Клянусь! Я сам был в шоке! Баронесса отбивалась от нее. А Лидия вопила: «Еще раз увижу тебя возле моего Араторна, я тебя убью»! Но самое интересное было потом. Я уже хотел вмешаться, но появилась Валенсия.

— И? — мы оба с Араторном были само любопытство.

— Что и? Валенсия в драку не полезла, Просто посмотрела на баронессу, ну вы же знаете, как она умеет смотреть. Баронесса даже побледнела. А потом Валенсия сказала коротко: «Исчезла»! И девушка бросилась со всех ног.

— Валенсия старшая из сестер.

— Ага, на два дня! — Засмеялся принц.

— Ну что? Главное, что старшая!

— Да, конечно. Мне потом пришлось баронессу успокаивать. У нее истерика была.

Мы с Араторном грохнули. Хохотали до слез.

— Я даже комментировать не хочу, как ты ее успокаивал! Уверен, ты ее успокоил. Она хоть платье свое одела после этого или так голой и ушла? — Смеялся Араторн.

— Одела, успела. Вот только меня маман с тетей Алисией спалили. Неудобно получилось.