— Чаю налить? Блинов положить? Масла… — закудахтала мама, и Валик, которого она отвлекала от подсказок Антону наравне с собственными хаотичными мыслями, нахмурился:

— Мам, я и так уже тонну съел, не надо, спасибо.

Пришлось идти в комнату и писать Антону там. Когда загорелся значок сообщения в ватсапе, от сердца немного отлегло, но ненадолго, потому что сообщение было от Калмыка и какое-то трешовое — надпись «Помним, любим, скорбим» на фото свечи.

«Жду на похороны, брат», — написал Калмык, и Валик похолодевшими пальцами спросил, что случилось.

«На похороны твоей гетерасексуальнасти», — ответил тот и добавил целую строчку ржущих смайликов.

Калмык сказал, что Антон проболтался об «интересных» отношениях с Макаром и что ему, Калмыку, поебать на это. Потому что ему вообще поебать на секс в целом, ему интереснее в приставку порубиться или пожрать вкусно. И плевать, какие там у кого отношения.

«ДА НЕТ У МЕНЯ НИКАКИХ ОТНОШЕНИЙ», — напечатал Валик.

«Чо орешь? Если надо обсудить, подруженька, горячий казах к твоим услугам».

Валик поймал себя на мысли что да, блин, хочет. Но не будет, потому что… Ну он же мужик. Это же тупо. Вся ситуация в целом — это тупо. Поэтому, как только Антон вышел с экзамена, с трудом наотвечав на «удовл», Валик достал книги, включил лампу и погрузился в мир сложных эфиров и полимеров.

Лёха встретил Макара не как обычно — взъерошенным и помятым. Обычно он был жаворонком и всегда вставал первым, успевал даже заехать за Макаром накануне важных дел, зная, что тот будет дрыхнуть до последнего.

— Ты чё? Здорово, — кивнул Макар, протягивая руку.

— Через порог переступи, — буркнул Лёха и пожал руку, только когда Макар завалился внутрь квартиры. — Да поздно лег вчера.

— В батлу задрачивал?

— Не… Помнишь Янку? С биофака которая, на тусе еще все восторгалась, что я с парашютом прыгнул.

— Э-э… — Разуваясь, Макар постарался припомнить ее лицо, но всплыли только буфера. — Ну типа. Мелкая и с кудрями? А что с ней?

— В кино ходили вчера, потом зависли у нее дома. Я к себе под утро только приехал…

— Лёха, Лёха, Алексей! Кошмар какой. Ты тоже превращаешься в вафлю!

— Иди ты. Клевая она, оказывается.

— Ага, — согласился Макар. — Сиськи зачетные.

— Прости, что? — заржал Лёха, ставя чайник, когда они оказались на кухне. — Макар сказал «сиськи»?

— Пиздец, Лёх. Я не знал, что ты у нас, оказывается, докторскую по сарказму защитил.

— Ха-ха.

— Точно говорю — защитил! Колбасу свою!

— Хотя бы не сосиску в тесте.

— Слышь! — Макар пихнул его в плечо. — Кофе есть у тебя?

Лёха поставил перед ним банку растворимого нескафе, и Макар поморщился, но насыпал себе две ложки. Если заварить его покрепче, то норм.

— А чё там твоя принцесса? Видал его ебало с утра после пьянки? Как будто коту докторской колбасы перепало.

— Это у тебя ебало. А у Вали — лицо. И я там много чё уже видал.

— Да мы все в тот день у шестого корпуса много чего видали. Бля, Мак, я, конечно, виноват, что пихнул тебя в эту хуйню с желанием и все такое. Но кто же думал, что тебя так заклинит. Чё, он прям лучше девчонки, что ли?

— Не знаю, — вздохнул Макар, делая большой глоток горького и жженого на вкус пойла. — Он просто другой какой-то. Нравится он мне, короче, и если тебя это напрягает, ну извини, чувак.

— Ага, я подумаю. Спорим, максимум месяц, и тебе надоест?

— Опять спорим? А ты сам с этой Янкой сколько мутить собираешься? Не, я пас.

— Пасс — в смысле снизу? — снова заржал Лёха, и Макар едва не уебал его, но тот увернулся.

— Иди ты!

— В жопу?

— Нет, блядь, в ресурсоведение! Список вопросов там пиздец просто.

Традиция готовиться вместе зародилась у них с Лёхой еще со школы. Было в этом что-то драйвовое. Единственное, что Макару нравилось в экзаменах, — забуриться к кому-нибудь накануне и зубрить билеты до ночи, рассказывая их друг другу по очереди, а потом на рассвете поспать пару часов, выдуть по энергетику и притащиться на экзамен как зомбяки. В этот раз решили готовиться у Лёхи, потому что в квартире Макара все всегда отвлекало и легко можно было проебаться, зависнув на фигне. В экстренных ситуациях мозг порой выдавал такие умные мысли, которые Макар сам от себя не ожидал, хотя так же быстро они улетучивались, когда после сданного на честный трояк экзамена он благополучно «засыпал» все полученные знания. Но что-то, конечно, в голове оставалось. Иногда.