– Стой, вор проклятый, а не то я продырявлю тебе спину!

Артемис узнал голос тощего.

– Латимер, трогай! – крикнул он, запрыгнул в карету и плотно закрыл за собой дверцу.

Он попытался стянуть Мэделин с сиденья на пол, чтобы ее силуэт не маячил в окне, но она почему-то сопротивлялась. Карета сорвалась с места. Артемис продолжал бороться с Мэделин. Вот она подняла руку, и он заметил в нескольких дюймах от собственного уха маленький пистолет.

– Нет! – закричал Артемис, но было поздно. Он отпустил Мэделин и зажал уши руками.

Полыхнула яркая вспышка. В маленьком салоне кареты пистолетный выстрел прозвучал как пушечный залп.

Артемис смутно сознавал, что карета несется вперед, но шум колес и топот копыт были такими тихими, как будто доносились откуда-то издалека. Он открыл глаза и увидел над собой встревоженное лицо Мэделин. Ее губы шевелились, но он не слышал ни звука.

Она схватила его за плечи и потрясла. Рот ее открылся и снова закрылся. Он понял: она спрашивает, все ли с ним в порядке.

– Нет, – сказал Артемис. Теперь в ушах у него звенело. Он не знал, насколько громко говорит, но надеялся, что достаточно громко. Во всяком случае, у него самого было ощущение, что он кричит. – Нет, со мной не все в порядке. Черт возьми, мэм, мне остается только молиться, что вы оглушили меня не навсегда!

Из открытой двери кладовой тянуло запахами уксуса, ромашки и бузины. Мэделин остановилась и заглянула в маленькое помещение.

Кладовая с ее всевозможными склянками, ступками, пестиками, банками и баночками, а также многообразием сухих трав и цветов всегда напоминала Мэделин лабораторию. А ее тетя, облаченная в большой фартук и склонившаяся с озабоченным видом над склянкой с бурлящей жидкостью, смахивала на безумца алхимика.

– Тетя Бернис?

– Одну секундочку, милая, – Бернис не подняла головы от своей работы, – я вливаю отвар.

Мэделин нетерпеливо переминалась на пороге.

– Прости, что помешала, но мне надо узнать твое мнение по одному очень важному вопросу.

– Конечно-конечно. Еще пару минут. Крепость этого тонизирующего напитка напрямую зависит от времени вымачивания цветов в уксусе.

Мэделин скрестила руки на груди и оперлась плечом о дверной косяк. Когда тетушка готовила очередное снадобье, разговаривать с ней было бесполезно. Благодаря Бернис в их доме имелся самый большой в Лондоне ассортимент успокоительных смесей, укрепляющих микстур, лечебных мазей и прочих средств подобного рода.

Бернис обожала свои тонизирующие напитки и эликсиры. Она утверждала, что у нее слабые нервы, и постоянно ставила на себе вдохновенные терапевтические эксперименты. Кроме того, она с удовольствием диагностировала схожие болезни у других и готовила им особые снадобья в зависимости от их темперамента.

Бернис везде выискивала древние рецепты разных лекарственных препаратов, помогающих при нервных недугах. Она была знакома со всеми городскими аптекарями, особенно с теми немногими, которые продавали редкие ванзагарские травы.

Мэделин терпимо относилась к увлечению тетушки по двум причинам. Во-первых, лекарственные средства Бернис часто оказывались весьма эффективны. Травяной чай, который она дала Нелли сегодня утром, чудесным образом успокоил не на шутку расстроенную девушку.

Во-вторых, Мэделин прекрасно понимала, как важно иметь занятие для души, отвлекаться от насущных проблем. События той страшной ночи, произошедшие почти год назад, могли расшатать нервы кому угодно. А неприятности последних дней только усугубили дело.

Бернис было сорок с небольшим. Симпатичная женщина, с быстрым умом, она когда-то вращалась в свете, но после смерти Элизабет Рид оставила блеск высшего общества и занялась воспитанием несовершеннолетней дочери своего брата.

– Готово. – Бернис сняла склянку с огня и перелила ее содержимое через фильтр в кастрюльку. – Теперь пусть охладится.

Она вытерла руки о фартук и обернулась к Мэделин. Ее серебристо-голубые глаза блестели.

– Так о чем ты хотела со мной поговорить, милая?

– Боюсь, мистер Хант сдержит обещание и приедет сегодня днем к нам в гости, – протянула Мэделин.

Бернис приподняла брови:

– Не к нам, а к тебе, милая. Насколько я понимаю, он изъявил желание увидеться именно с тобой.

– Да. Дело в том, что вчера ночью, после того как он благополучно довез нас до дома, он прямо заявил, что хочет меня кое о чем расспросить.

– Расспросить?

Мэделин медленно выдохнула.

– Его интересует, откуда я столько знаю о нем и о его делах.