— Мэтти?

— Разумеется, я не смогу заснуть, но не думаю, что впаду в истерику, — сказала она.

— Ну и молодчина, детка.

— Окажи мне услугу, Хью. Постарайся не быть слишком покровительственным. У меня неподходящее настроение.

— Ладно, детка. Как насчет перекусить? Могу поспорить, ты уже умираешь с голоду. — Хью вытащил из кошелки небольшую железную баночку печеночного паштета и протянул ей.

Мэтти передернуло.

— Я от мяса отказалась два года назад. Оно очень вредно, особенно в таком виде. В паштетах полно жира и Бог знает чего еще.

Хью задумчиво обозрел баночку.

— Угу, я тоже не большой любитель паштетов. Всегда предпочту сочный бифштекс. Но, как говорится, богатому как хочется, а бедному как можется, верно?

— Ну, для того, чтобы с этим согласиться, мне надо побольше проголодаться. — Мэтти села на ближайший камень и с отвращением посмотрела на паштет, на пугающую пещеру и на человека, когда-то унизившего ее. Интересно, что бы посоветовал ей в такой ситуации инструктор курсов но борьбе со стрессом, которые она посещала?

Прошло несколько часов. Сидящий у стены Хью слегка подвинулся, чтобы видеть освещенную лунным светом неподвижную и молчаливую фигуру Мэтти. Она съежилась, склонив голову к коленям и положив ее на сумку. Он знал, что она не спит.

Ему удалось уговорить ее съесть пару пресных печений, которые он нашел в буфете у Кормье, но ни к какой другой пище она не прикоснулась.

Хью вспомнил, каким пепельно-серым было ее лицо, когда она вышла из узкого коридора, и сжал губы. Дама с характером. Он знал, что значит идти вперед, когда все твое тело в поту от страха и ты не можешь себя контролировать. Те, кто способен это преодолеть, всегда вызывали у него уважение.

Хью смотрел, как бьется темная вода о скалы. Он бы много отдал, чтобы узнать, что же случилось с яхтой, которую Кормье всегда держал наготове в этой пещере. Теперь он мертв, а яхта исчезла.

Это исчезновение можно было объяснить несколькими правдоподобными причинами. Возможно, ее просто отправили на местную верфь для ремонта или покраски. Кормье всегда заботился о своих вещах.

Но трудно было найти логичное объяснение тому, почему Кормье позволил убийце застать себя врасплох.

С другой стороны, Кормье был уже старым человеком, чувствующим себя в безопасности на этом острове под названием Чистилище. Прошлое осталось за спиной, а бояться будущего не было оснований.

Хью решил, что беспокоиться о том, что случилось с Кормье, он станет позже. Для мести найдется время и место. В настоящий момент следовало беспокоиться о другом.

Он видел, как лунный свет коснулся босых ног Мэтти. Сейчас главное — вытащить ее целой и невредимой с этого острова. Кормье бы первый с ним согласился. В отношении к женщинам старик отличался старомодностью.

» Мужчина всегда должен защищать дам, Хью. Даже когда они выпускают коготки и уверяют нас, что способны позаботиться о себе. Если мы не можем

Защитить наших женщин, то зачем мы им нужны, верно? И нам бы не хотелось, чтобы они пришли к выводу, что от нас нет никакой пользы. Где мы, мужчины, тогда окажемся? Мужчина, не готовый защитить женщину ценой своей жизни, не очень-то и мужчина «.

Хью смотрел на Мэтти. Он вспомнил выражение ужаса на ее лице, когда она выбежала из особняка Кормье. Это воспоминание будет долгие годы вызывать у него мурашки. Ей не следовало бы сталкиваться с такой жестокостью. Милая городская жительница, всегда защищенная от грубых сторон жизни.

Прошел почти год с того дня, когда он ее в последний раз видел. За это время он трижды находил предлоги, чтобы лично прибыть для доклада к Шарлотте Вейлкорт в ее офис в Сиэтле. Шарлотта всячески поддерживала его в этих ухищрениях. Она — прирожденная актриса. Прежде чем бросить работу и выйти замуж за Джорджа Вейлкорта, она всеми критиками признавалась суперзвездой голубого экрана.

Они с Шарлоттой считали свои планы сделать Мэтти сюрприз безупречными, но каждый раз, оказавшись в Сиэтле, Хью выяснял, что Мэтти уехала.

Один раз она отправилась в Санта-Фе за покупками, другой — уехала в колонию артистов в Северной Калифорнии.

После этого случая Хью начал подозревать, что ее отсутствие вовсе не случайность.

На третий раз Хью наказал Шарлотте не говорить никому ни слова о том, что он приезжает. Но каким-то образом Мэтти об этом узнала за день до его приезда. И тут же отбыла на какие-то выставки в Нью-Йорке.

Хью весь кипел от ярости и не скрывал этого. Он рычал на своего босса, уверял себя, что ни одна женщина не стоит таких неприятностей, и следующим же рейсом улетел на остров Святого Габриэля.