— Это вы их привлекли? — спросил Бёрк, пока другие агенты оказывали помощь Джоанне и искали выживших в других домах. Или тех, кому выжить не удалось.

— К сожалению, нет, — ответила я и была разочарована, потому что с меня хватило высокомерия Благих, и я жаждала собственного отмщения.

— Мы доехали до конца улицы, — сказал Лиам. — Повернули за угол и поехали прямо. Ветер опрокинул грузовик, а затем поток воздуха направился вниз по реке. Дарби их видела.

— Я поговорю с ней, — произнес он и оглянулся на меня. — Пожалуй, тебе стоит обратиться к медикам. Похоже, тебя немного потрепало.

— Мы подождем, — ответила я и оглянулась на Джоанну. — Пусть они сосредоточатся на ней.

— Я тоже собираюсь так поступить, — сказал Бёрк. — Вы что-нибудь знаете о Каллит?

— Нет, — ответил Лиам. — Но мне кажется, это ключ к происходящему. Или, по крайней мере, что-то в этом роде.

— В дополнение к их ненависти к людям, — добавил Бёрк.

— В дополнение, — согласился Лиам.

— Берегите себя, — сказал Бёрк. — Я пойду проверю остальных.

— Моя очередь говорить «поехали», — произнес Лиам и потер затылок. — Думаю, кондиционер и вода пойдут тебе на пользу. Ты отвратительно выглядишь. — Его лицо было покрыто грязью и залито потом. — Предполагаю, что выгляжу примерно так же.

— Я и чувствую себя отвратительно, — сказала я и стерла пот с лица нижним краем своей футболки. — Мне понадобится недельный душ.

— Где мои наушники, — проговорил Гэвин, поворачиваясь к своему джипу. — Не хочу слышать о ваших сексуальных играх.

Лиам шлепнул его по уху.

— Перестань пошлить, mon fr`ere [15] .

— Мы живем в Зоне, — сказал Гэвин, оглядывая улицу. — С моими пошлостями жизнь становиться намного веселее.

* * *

Мы быстро осмотрели Скарлет еще раз, но не обнаружили ни спущенных шин, ни протекающих жидкостей. Лобовое стекло покрылось трещинами в основном с пассажирской стороны, поэтому машиной все еще можно было управлять, и мы добрались до Квартала без происшествий.

— Я хочу внимательнее осмотреть машину, — сказал Лиам, когда мы добрались до магазина, и я вылезла наружу. — Так, на всякий случай.

Я протянула ему ключи.

— Я собираюсь принять душ. — Мне не хотелось ходить грязной, дожидаясь возвращения из гаража.

— Я направляюсь в то место, которое мы называем баром, — сказал Гэвин из джипа. — Вдруг, еще остался «Уайлд Тёки». Хотя не думаю, что в Зоне найдется достаточно выпивки, чтобы почувствовать себя лучше.

— Будь осторожен, — произнес Лиам.

Гэвин нахмурился, но спорить не стал. Пока Лиам осматривал грузовик, я зашла внутрь и обнаружила нескольких агентов Сдерживающих, распределившихся по магазину, и Таджи у стойки. Обойдя ее, она направилась ко мне.

— Слава Богу, — проговорила она. — Я волновалась. Мы слышали грохот и сирены. Узнали, что они разрушили часть Треме, но никакой информации о том, кто мог пострадать.

К истощению и раздражению прибавилось еще и чувство вины.

— С нами все в порядке.

— У тебя кровь идет. — Она нахмурилась, осматривая мой лоб. — Иди в подсобку, я принесу полотенце и повязку.

Я не хотела ни полотенца, ни повязки. Но мне действительно хотелось сесть и побыть в тишине, поэтому я прошла в заднюю часть магазина и села за стол.

Таджи вернулась мгновение спустя с влажным полотенцем и аптечкой. Аптечку она положила на стол и потянулась полотенцем к моему лбу.

— Стой ты, — сказала я, уклонившись. — Я не маленькая девочка. Мне просто нужно немного времени, чтобы отдышаться.

Таджи медленно отвела от меня руку, но я чувствовала, как пристально она за мной наблюдает. Она ничего мне не ответила.

— Извини, — произнесла я. — Я так зла. Так чертовски зла, но не на тебя. Просто…Ты попала под раздачу. — Я сложила локти на столе, положив голову на руки, пытаясь справиться с головной болью. Сделав три вдоха, я снова посмотрела на нее.

Я ожидала увидеть то же раздражение, что я выказала ей. Но она выглядела обеспокоенной, а не злой.

— Извини, — снова сказала я. — Это было ужасно, Таджи. Это было… так ужасно.

Она положила полотенце на стол, отодвинула стул и села рядом со мной.

— Да?

— Да. Часть Треме полностью уничтожена. Нам удалось спасти женщину, которая находилась под завалами собственного дома. Нам помогал Тони, и он морально подавлен. Мы все морально раздавлены. А когда мы немного отойдем, то начнем очень сильно злиться из-за случившегося.

— Нахождение здесь, — произнесла она, поднимая взгляд на агентов, которые о чем-то говорили в разных частях магазина, — жизнь на войне, могут сделать нас более жесткими. Я полагаю, что в некотором отношении это хорошо и необходимо. Тебе это нужно, чтобы пережить этот день, чтобы продолжать двигаться, чтобы позаботиться о себе, если оказываешься загнанной в угол. — Она посмотрела на меня. — Но будучи стойким, не так уж трудно из жесткого превратиться в жестокого. Нам нужно учиться находить баланс. Вот против чего мы должны защищаться. Потому что после того, как все закончится, если мы выживем, а Пара уйдут, что, если мы сами себя и уничтожим? Может получиться так, что цена окажется слишком высокой.