— Нет, почему. Парочка есть, просто я не уверен в выборе. Они все слишком одинаковые. Стоят так спокойно и покорно, отличаясь только ростом да телосложением… Недостаточно информации, чтобы я мог отдать должное представленному разнообразию.

— Ну, хочешь — устрой вокальный конкурс. — С усмешкой предложил охранник.

— Нет, это пока лишнее… — Помедлив, отказался посетитель. — Но ты дал мне отличную идею… Секунду.

Шаги прекратились, эхо в последний раз прокатилось по залу и затихло. Мне показалось, что хозяева остановились где-то рядом со входом, однако поднять голову и убедиться было слишком рискованно.

— Я хочу, чтобы вы все выпрямились и посмотрели на меня! — Громко озвучил своё желание гость. — Чтобы не стояли истуканами, а немного расслабились, вели себя естественнее, следили за нашими перемещениями, переглядывались, прислушиваясь к разговору. Но молчали. Вперёд!

Получив приказ, я тут же выпрямилась, перевела взгляд на посетителя и обомлела.

В каких-то десяти метрах от меня высился Лауль — тот самый осуждённый, которого утром в моём присутствии до полусмерти избил Диктатор. Он был немного бледнее нормы, но в остальном выглядел абсолютно здоровым. О реальности перенесённых им страданий напоминал только сорванный голос…

Это было невероятно. Сказать, что я была шокирована — значит, не сказать ничего. Я банально не верила своим глазам! После того, что ему довелось пережить, он должен был лежать в постели по крайней мере несколько дней, если не недель… А он ходил! Сам, без помощи. И при этом ещё довольно улыбался…

Если утром появление Инквизитора пробудило меня к жизни, то теперь он представился мне шансом на спасение. Сомнительным и опасным, но рабское существование уже опротивело мне настолько, что я была согласна попытать счастья и снова опробовать на себе его не самые приятные методы решения проблем, лишь бы обрести свободу.

Вот только я полагала, что в подвал он явился совсем не за этим…

Неожиданно происходящее показалось мне чудовищным сном. Дабы проверить свою гипотезу, я тайком ущипнула себя за бедро, но ничего не изменилось. Я не проснулась, действительность не подёрнулась дымкой, небо не задрожало, а свет не преобразовался в тьму. Мои надежды на нереальность последних месяцев жизни оказались напрасны.

Тем временем Инквизитор продолжил свой путь, прошёл в одну сторону, внимательно вглядываясь в глаза каждой невольницы, развернулся, направился обратно… И чем ближе он подбирался, тем страшнее мне становилось.

Я усердно искала отличия живого Лауля от того образа, что всё это время неосознанно хранила в памяти, и ничего не обнаруживала. Его неповторимая походка, такая знакомая фигура, вселенно известное лицо и тот самый полный превосходства высокомерный взор, которым он любил обводить собравшихся — всё было на месте. Я как будто в мгновение ока перенеслась в прошлое, когда два с половиной года назад очнулась в одном печально знаменитом подземелье одной хорошо защищённой усадьбы…

Прослеживаемая аналогия не радовала.

Наконец он поравнялся со мной, скользнул безразличным взглядом и перешёл к следующей рабыне.

Я оторопела. В его глазах не мелькнуло даже тени узнавания, и я в упор не могла решить, к лучшему ли это…

В некотором роде это, безусловно, радовало — неизвестно к чему могло бы привести такое сотрудничество. В конце концов он каким-то образом попал на Патриор, выжил после наказания и практически мгновенно восстановился, при всём этом оставшись свободным человеком. Даже не просто свободным, а с правом на присвоение общественных невольниц низшего класса, коими дозволено владеть только гражданам Империи. Но ведь мой старый знакомый никак не мог к ним относиться!.. Хотя… Я не настолько хорошо его изучила, чтобы утверждать наверняка. Да и за время моего отсутствия многое могло измениться.

Ну а с другой стороны, его пренебрежение мной сильно обижало. Нет, я догадывалась, что давно перестала быть ему интересна — иначе, как бы я ни пряталась, он бы непременно нашёл меня. Но чтобы так… Неужели за два года он в самом деле забыл и меня, и наши совместные операции, и редкие вечерние разговоры, и чувственные ночи, проведённые в одной постели?.. Сомнительно. Скорее, такое решение было заранее спланированным шагом.

И тут меня вдруг осенило.

С ним что-то сделали! Поставили эксперимент, стёрли память, неважно! Только этим можно было объяснить его забывчивость и нахождение в подвале императорской резиденции в качестве господина.

Правда, это не объясняло его цветущего вида, но я была уверена, что на закрытой планете полно своих невероятных секретов.

А Инквизитор между тем повторно проследовал мимо, не задержавшись и в этот раз, возвратился на исходную позицию и повернулся к нам лицом.

— Ну, что? — Живо поинтересовался охранник, остановившись рядом с Лаулем. — Выбрал?

— Да.

От волнения у меня вспотели ладони.

— И кого же?

— Вон ту истощённую блондинку. — Указал Инквизитор.