— А никто туда не пробовал спускаться? — спросил я. — Ты, кажется, показывала на карте схему подземелий там, внизу. Ветвящиеся такие, как древесные корни.

— Да, примерная схема есть, мы просвечивали дно этого колодца с помощью Десниц. Но составить подробную карту не получается. Много помех. Да и вообще каждый раз карта получается с кучей отличий. Не то искажения результатов, не то норы и правда постоянно меняются. Острой необходимости лезть туда пока не было. А делать это просто из любопытства никому пока не приходило в голову.

— Тсс! Кажется, я что-то слышу, — шикнул Больт.

Все замерли, прислушиваясь. Пещера и без того была мрачноватой, света факелов едва хватало, чтобы рассеять тьму вокруг колодца. Алтарь выглядел пугающе, хотя на первый взгляд вроде бы ничего особенного — просто полусогнутые каменные пальцы, будто готовые сомкнуться вокруг колодца. И письмена на них — угловатые, по три-четыре столбца на каждом камне. Да и нам-то чего бояться — прокачанным, хорошо экипированным игрокам? К тому же мы не в красной зоне — даже если что-то пойдет не так, просто возродимся у менгира. Лишь бы геомантка и огр успели сбежать…

Тем не менее, напряженное ожидание заставляло нервничать. Я даже не мог сосредоточиться, чтобы переключиться на режим медитации. Поэтому появление твари из глубины колодца прозевал, как и все остальные.

Все внимание невольно сосредотачивалось на несчастной жертвенной козе, замершей на самом краю ямы. Животное явно что-то почуяло — жалобно заблеяв, он дернулось на короткой привязи, пытаясь отстраниться. Но тут снизу вырвалось нечто огромное, от движения которого пламя факелов заметалось и едва не погасло. Жертва и пикнуть не успела, как исчезла в широкой пасти.

Мне стоило большого труда оставаться на месте, хотя инстинктивно хотелось отпрыгнуть назад, выхватить оружие. Боковым зрением я уловил, что далеко не у всех хватило самообладания. Кажется, только Эрик остался на месте и даже шагнул вперед. Ну, упрямства ему не занимать.

Тварь, появившаяся из колодца, явно была родственницей гаргулий, обитавших наверху, но гораздо крупнее и матерее. Она выбралась наверх лишь по пояс, и теперь разглядывала нас, упираясь мощными когтистыми лапищами в пол. В полутьме казалось, что она застряла в колодце своей нижней частью.

От крыльев у нее остались лишь угловатые костяные отростки, торчащие из-за спины. Но туловище и руки были чуть ли не вдвое толще, чем у летающих собратьев. Башка и вовсе такая крупная, что казалось непропорциональной. Морда была какой-то грубой, оплывшей, будто кое-как вырезанной из камня. Глубокие провалы глазниц полыхали изнутри багровым пламенем. Когда чудовище заговорило, пасть его тоже осветилась — будто где-то глубоко в глотке пылала раскаленная жаровня.

— У…би…рай…тесь! — прорычала гаргулья, попутно резкими движениями пасти дожевывая добычу.

Хоть бы спасибо сказала за угощение, страхолюдина подземная.

Стелла сделала пару шагов вперед, обозначая, что она главная.

— Нам нужна мудрость Видящих! — глядя на чудовище снизу вверх, произнесла она. — Мы принесли дары.

Тварь странно задергалась, будто раздираемая изнутри противоречивыми порывами. Наконец, замерла, подавшись вперед и вытянув шею так, что уродливая башка оказалась прямо перед Стеллой.

— Убирайтесь! — прошипела она совсем другим голосом, больше похожим на человеческий.

— У нас есть дары, — твердо повторила Стелла и дала знак Эрику.

Искатель вытащил из инвентаря Глаз Дахамеша и поднял его перед собой на уровне груди.

Гаргулью снова затрясло.

— Дай! Да-а-а-ай! — захрипела она, но тут же отдернула руку, замотала башкой. — Нет! Убирайтесь! Чужаки!

Каждый выкрик ее сопровождался странным хрипом, искажающим голос, расслаивающим его. А может, это и правда было несколько разных голосов, яростно спорящих друг с другом?

— Вы уж там определитесь! — с усмешкой выкрикнула Стелла. — Так нужен вам этот дар или нет?

— Отдай! — прорычало чудовище, протягивая лапу к артефакту.

Искатель отшагнул назад, выхватывая широкий и чуть изогнутый меч. Клинок из чистого адамантита — отсветы пламени от факелов заплясали на нем причудливыми сполохами, как в зеркале. Не Серп, конечно, но оружие страшное, особенно в руках такого, как Эрик. С его силищей он, пожалуй, может запросто разрубить гаргулью напополам, даже если ее плоть крепка, как камень.

Уродливый оракул верно оценил ситуацию и постепенно успокоился. Водя башкой из стороны в сторону, он внимательно оглядел каждого из нас, но в итоге снова вернулся к Глазу Дахамеша. Вытянув шею, будто принюхиваясь к артефакту, произнес хриплым, рокочущим басом: