— Да голяк, — раздраженно поморщился Маркус. — Но меня, впрочем, это даже не удивляет. Я довольно неплохо знаю лор по части алантов, я в свое время Громовую кузню дизайнил. Но даже не слышал ни о каких сентакулярах.

— Тоже ядро?

— Видимо, да. Но вообще, Мангуст прав — нам было бы куда проще, если бы мы понимали, что в Артаре делали вирт-дизайнеры, а что уже было до нас. Отделили бы зерна от плевел, так сказать.

Я фыркнул, усмехнувшись мысли, неожиданно пришедшей мне в голову. Остальные недоуменно обернулись ко мне, так что пришлось ее озвучить.

— Да я просто тут подумал… Ведь Хтон, по сути, это и пытается сделать, разве нет? Как там в пророчестве… И все, что чуждо истинной земле — утонет в очищающем огне. Может, нам просто не мешать ему?

Шутку никто не оценил, и я, чтобы замять неловкий момент, спросил:

— Кстати, а кто работал над созданием самого Хтона?

— На поздних этапах — мы все понемногу, — отозвалась Стелла. — Я в том числе. Но в основном над деталями.

— А материалов по ранним этапам разработки, конечно, не осталось? Концов не найти?

— Да нет… — удивила меня она. — Откопала я одно имя.

— Окада?

Она молча кивнула. Ясно. И тут концы в воду. Судя по сообщениям в СМИ, Хаширо Окада, изобретатель ЭТ-фазы и вообще Эйдоса, погиб больше трех лет назад, когда об Артаре даже никаких анонсов еще не было. Громкая история была, в духе шпионских романов. Он то исчез надолго, потом его нашли уже мертвым, потом долго разбирались, точно ли это его тело… Но с тех пор о нем ни слуху, ни духу. Официально похоронен где-то на родине, в Японии.

Стелла поднялась из-за стола.

— Меня уже вызывают кураторы, так что можете пока продолжить без меня. Маркус обобщит все предложения. Но я бы посоветовала не засиживаться. Лучше идите спать. Следующие сутки, думаю, будут еще тяжелее, так что надо набираться сил.

Сама она, судя по огромным темным кругам под глазами, этим советам не следует. Сколько она еще протянет в таком режиме? День? Два?

Эрик хотел что-то еще спросить у Стеллы, но та жестом остановила его и быстро вышла. У меня сложилось впечатление, что вызов кураторов — лишь предлог. Что, если Маретти прав, и она что-то недоговаривает нам? У начальства ведь всегда чуть больше информации…

А может, адвокат этого и добивается — чтобы мы меньше доверяли друг другу. Разделяй и властвуй…

— Знаете, ребят, Стелла права, — я тоже поднялся из-за стола. — Я, пожалуй, спать. Утро вечера мудренее. Да и, если честно, в одиночестве мне лучше думается.

Остальные вразнобой попрощались со мной, не пытаясь останавливать. Увы, я так толком и не влился в коллектив. Ну, я все равно никогда не умел быть душой компании, так что плевать.

Я действительно отправился в жилой корпус, в свою комнату. По пути заскочил в кафетерий, прихватил пару каких-то снеков и питья. Жевать начал прямо по дороге, правда, толком не чувствуя вкуса, потому что мыслями витал где-то далеко. И думал я совсем не об Артаре.

Кристине я позвонил, когда добрался до комнаты. Бросил недоеденные снеки на подоконник, сам завалился на кровать, пару минут молча таращась в потолок и пытаясь хотя бы в общих чертах набросать сценарий предстоящего разговора.

Пустая трата времени. С Крис никогда не знаешь, как все повернется.

— Привет.

— Я уж думала, вообще не позвонишь.

В голосе не было обиды, скорее просто равнодушная усталость. И это вдвойне хреново. Крис вспыльчива, порой взбалмошна, но быстро остывает или перенаправляет эмоции в другое русло. Мы порой могли по две-три бури за день пережить из-за всякой ерунды, так что я давно привык и совсем не боялся ее гнева.

Куда страшнее для меня, если ей вдруг станет на меня попросту плевать.

— Занят был, Крис. Я уже вообще ощущение времени потерял. Ныряю то в Артар, тообратно…

— Понятно. Что, как успехи?

— Честно? Задолбался. И… запутался. Я не могу рассказывать подробности, но… Знаешь, я сам до конца не понимаю, зачем я здесь. Чем я могу помочь.

— Ну, хотя бы понимаешь, зачем тебе это самому? Тебе хоть заплатят?

В промежутке между сеансами Стелла снова насела на меня с документами, и я подписал, наконец, контракт. Как она и обещала — все очень строго с точки зрения конфиденциальности. И совсем не так щедро с точки зрения оплаты. Уж точно не сравнится с работой на Маверика. Но торговаться я не стал.

— Да. Но дело не в деньгах. Я… просто разобраться во всем хочу. И попрощаться уже с этим миром.

— В каком это смысле?

— Тьфу, извини. Двусмысленно, наверное, прозвучало. С Артаром попрощаться. Скорее всего, навсегда.

— И что дальше?

Повисла долгая пауза, и я чуть не брякнул «Выйдешь за меня?». Потому что среди всей этой бешеной круговерти событий ее голос был, будто спасительный круг на бурных волнах. Я и правда здорово устал и запутался. Хотелось, чтобы меня выслушал кто-то близкий, с кем я могу поделиться тем, что на душе. И я вдруг с ужасом понял, что думая об этом, в первую очередь вспоминаю Вэйюн Бао, а не кого-то из реальных людей.