К счастью, Габриэль не успела проснуться к этому моменту. Скоро рассвет, и это говорило о том, что начинается новый рабочий день. Но дверь открылась раньше положеного срока. Все испуганно вскочили и вжались в стены.

Посещение амбара не по времени значило лишь две вещи — либо кого-то заберут навсегда, либо будет новенький, что бывало не так часто.

Я прикрыл Габи спиной и вжал в покров тени.

Новенький. На пол бросили женщину. Когда она отдышалась и подняла лицо, я едва не вскричал от негодования. Замер, как статуя, голос осип в груди, сердце застряло комом в горле. Она что-то говорит. Напугана. Этот голос, въевшийся с годами в уши. Как же мне плохо было без тебя!

Я шагнул из тени. Даже не принял во внимание её ужас. Просто что-то сказал ей. Ноги ослабли, как от нервного перевозбуждения, так и от моральной усталости. Рухнул перед ней на колени и…

Меня прорвало. Рыдание, как избавление от прошлой моей шкуры, как просьба принять меня и, главное, простить. Я всех богов молил не увидеть её здесь, но был всё равно счастлив, что она снова рядом.

КАСТЕР

Аккуратно поставил костыль возле стула, заботливо предложенным мне детективом Энди Миллером.

Прошёл месяц с небольшим после похищения Джилл, и мне, кажется, я начал привыкать к подобному состоянию. Кабинет следователя всё так же просторен, лучи утреннего солнца заливали шкафы с множеством папок, личных дел преступников и жертв. Легкая дымка пыли медленно и синхронно плыла в свете, изображая вихрь мелкого конфетти. Город за окном набирал звуки, оповещая о том, что достаточно проснулся для того, чтобы прожить с лихвой этот новый день.

— Не объявлялся? — спросил я, невольно глянув на кресло в углу кабинета.

Миллер мотнул головой и понуро произнес:

— Он неделю торчит, чёрт знает где. А на мои угрозы, сдал значок и оружие. Пришлось дать ему отпуск, но этот сукин сын пропал. Пару дней назад, Синди, наша секретарь, видела его в баре.

Я опустил голову, слушая терзания детектива и переживания за коллегу, напарника и может даже друга.

Марк Вайлет — самовлюбленный жеребец, любимец женщин, неотразимый ловелас, словно похоронил себя в тот день.

Похищение девушки добило всех нас, как меня, так и его. Но мне казалось, что это ерунда. Я отчего-то чувствовал, что найду её, верну, снова одолею эту новую жуткую борьбу.

Для Вайлета же всё проходило намного сложнее. Он винил себя и достаточно серьёзно. Я не смог ему доказать, что случившееся было сверх нашил сил. Что Чейз Ричер умён, хитёр и невероятно упрям. Что способен на всё, лишь бы добиться своей цели. А его цель — Джилл Кэйтор.

— Почему он так терзает её? — вопрошал однажды Вайлет, пьяным угрюмым вечером, когда помог мне с посещением травмотолога, и после остался в моей квартире попить пивка. — Все имеют право либо на спокойную жизнь, либо на гуманную смерть. Но эта тварь держит всё на грани. То затягивает, то снова ослабляет петлю.

Я не знал ответов. И хуже всего не мог понять связь Ричера и девушки.

Я читал о том, как жертва может полюбить своего мучителя, но это лишь её болезненное восприятие, неспособность увидеть черту между заботой и безвыходностью. Это все имеет вес, но не в случае с Джилл.

Любовь и ненависть ходили рядом. Любовь — причина, а ненависть — следствие, а это оказалось главной постановкой сюжета в их истории.

Девушка была сильна духом, она боец, хоть и физически слаба. Джилл способна вытерпеть всё, пережить даже собственную смерть, но… Пав жертвой высоких чувств, она разрушила для меня все столпы своей личности. Я не смогу понять этого, наверное, никогда. Для меня это было гнусно. Я хотел ей помочь. Надеялся на то, что смогу убедить в обратном, помогу понять истину, разобраться в себе.

Я тоже любил её, любил просто за то, кто она есть, любил её существование на этой земле. И потому буду по-прежнему охранять от бед. Да, в данном случае, потерпел фиаско, но проигран лишь бой, а не война.

— Есть что-нибудь о ней? — Имя девушки отчего-то мы избегали произносить.

— Она не в нашей стране. Об этом ты уже знаешь.

Горько опустил голову:

— Неужели, полиция Мексики не может нам помочь? — не хотел верить в их продажность.

Мексика. Жара. Песок. Каньоны. Вест. Природа. И все это на фоне несправедливости, что тщательно хоронилось правоохранительной службой.

В Мексике две главные беды всевластные наркокартели и полиция неспособная, либо нежелающая защищать граждан своей страны. Убийства средь бела дня без суда и следствия, насилие и издевательства над женщинами. Безработица. Люди выживают лишь, творя зло. Да, это в далеких районах. В бедных кварталах, в городах, затерянных среди каньонов и песчанных дорог, длиною в тысячи миль.

О том, что Джилл, именно там гадать не пришлось. Номер фургона штата Техас. Трупы в корвете числились в авторитете среди головорезов наркобаронов. Но кто главарь всей операции узнать было почти не реально. Мексика не выдавала преступников и мало желала содействовать нам. Они лишь сухо отвечали, что всё проверят и два раза в неделю снабжали сухенькими отчётами о спецоперациях по задержанию очередной партии героина.