Нет, ей этого не хватило. Она захотела глубже. Сама стала продвигаться и, больно впившись мне ноготками в зад, вдавила меня в себя. Хлюпающие звуки и горячее дыхание на животе стали последней каплей и я… Нет, я вытерплю… Еще немного…

Аша слишком долго держала его во рту. Слюны стало много, и она обильно стекала на пол. Когда член уперся ей в горло, она содрогнулась, открыла глаза и закатила их в потолок.

Больше я не мог терпеть…

Горячая сперма выстрелила ей в глотку. Кентавряша задергалась всем телом, скребя копытами по полу. Попыталась отстраниться, но я не смог ее отпустить, крепко зажав ладонями голову. Глотательные движения и влажные звуки из ее горла оповестили меня о том, что ей пришлось это сделать…

Один глоток, два, три, четыре…

Как же много…

Член сокращается и сокращается. Еще ни разу я не испытывал такого удовольствия. Аша дергалась, тяжело дышала, покашливала, но продолжала послушно глотать…

Хорошая девочка…

Когда она выпила всего меня, я ее отпустил. Ее упругая грудь вздымалась, а все лицо было в слюне и тягучей сперме. Она подняла на меня взгляд и еле слышно прошептала, отводя глаза в сторону:

— Я… хочу… тоже…

Измазанное личико Кентавряши умоляло о ласках. И я…

…кое-что вспомнил.

Как читал эротические романы. О мужиках, кончающих по десять раз в секунду и оплодотворяющих десяток подставленных женских попок. Одну, вторую, третью, десятую. Потом еще и в рот каждой налей. Да чтобы с горкой.

Внимание, вопрос: КАК, БЛЯТЬ?!!

Я, конечно, не против. Но весь мой сексуальный азарт на ближайшие минут двадцать был проглочен Ашей. Серый эльфийский пенис стал сдуваться прямо на глазах. Хотя я умолял его прожить еще пару мгновений и не осрамить честь и достоинство «попаданца обыкновенного». Нельзя же мне стать таким эгоистом! Девушка же старалась и тоже хочет!

Постойте-ка.

Она сказала «я тоже хочу»? А что значит «тоже»? Если она делала мне минет, то я должен…

Я сглотнул.

Если так подумать, то члены у кентавриных мужиков совсем другие и расположены… в ином месте. Получается Кентавряша сейчас делала что-то очень извращенное. Ведь я для нее — другая раса. Получается она эльфофилка. А я зоофил. Кентаврофил. Но пока, все же, не такой «фил», как она.

От дальнейших вселенских размышлений меня спас грохот в главном зале таверны. Звук был такой, словно в витрину въехал Порш Каен с Марой Багдасарян за рулем. К счастью, с летальным исходом.

Мы с Ашей вскочили одновременно. Листики лифчика волшебным образом облепили ее грудь, а я быстро натянул штаны на сдувающегося Серого Бобби. Не слишком церемонясь, Кентавряша подцепила белоснежную простынь и вытерла сперму со своего лица.

Казалось бы, я должен обосраться от грохота, но нет… Я испытывал облегчение, что судьба спасла меня от сексуального позора. Всего лишь ценой жизни одной звезданутой рейсерши.

Без понятия, что происходит в главном зале, но мне это не нравится. Грохот и крики не затихали.

Я подскочил к столу и стал набивать желудок едой пожирнее. Выпил литр воды. Да, организм ослабнет, но хоть немного протрезвеет. Аша не последовала моему примеру. Только сунула в рот какой-то пучок листьев и зажевала.

Я вопросительно посмотрел на нее в безмолвном «мне бы тоже что-то от головы».

— Только кентаврам, — пожала она плечами. — Эльфам — смерть.

Через несколько минут мы уже стояли в гостевом зале. И разинули рты. Точнее только я. Аша же опять зевнула. Ну да, на что тут смотреть. Тут либо произошла очень суровая пьяная драка, либо сатана решил закинуться рюмочкой-другой.

Судя по всему, в таверну ворвались орки и накрошили на салат половину обитателей. Ошметки худеньких людишек валялись повсюду. Если зеленый бугай бьет по человеку без доспеха, то всегда с расчленением или сплющиванием.

В углу плакала женщина, держа в руках голову своего мужика.

— Дорогой… дорогой… любимый… любимый… дорогой…

Кто-то сидел под столами. Кто-то обмочился и забился в угол.

Два напавших орка были мертвы. Похоже, они не учли, что здесь может быть сатир. Тот, прежде чем умереть, устроил им кровавый праздник мести. Судя по скрюченной шее одного зеленого, он сломал ее голыми лапищами. Второго пронзил рогами к стене, но сразу же помер сам. Орк успел проткнуть его огромным тесаком насквозь.

И все это произошло буквально за минуту-две.

Наверное, месяц назад я бы еще и впечатлился такой картиной. Но после того, что мне довелось пережить — пожалуй нет. Грэн, в какой-то степени, сделал меня сильнее. Адаптировал под жестокий мир.

Я посмотрел направо. Молодой парень с открытым ртом и выпавшим языком пытался спрятаться за «барной стойкой», но не успел. Топор разрубил его пополам. Нижняя половина лежала на полу. Верхняя же часть разместилась на барной стойке, ухватившись рукой за краник пивной бочки. Кишки уныло покачивались, подметая пол. Молодец. Держался за святое до самого конца.