Дракон, которого несколько поколений все считали сказкой, внимательно уставился на меня своими прозрачными глазами, и начал медленно таять. Через секунду на его месте оказался неестественно красивый беловолосый мужчина в серебряном одеянии. Он поднял холодные льдистые глаза и приблизился ко мне.

– Жива… - кажется, с облегчением выдохнул он, а я подумала, что жива, но только пока. Почему-то этот нереально красивый парень с алебастровой кожей и длинными серебряными, волосами, снежинками в колючих ресницах и холодной улыбкой пугал меня даже больше, чем ледяной ящер.

Его руки были обжигающе холодными. То место, которого он коснулся, когда освобождал мои запястья, моментально заледенело, и я вскрикнула. Он взглянул с затаенной грустью и тихо сказал: «Прости», - а потом подхватил на руки, и мы взмыли в воздух. Так холодно мне не было никогда в жизни. Создавалось впечатление, будто меня прижимает к себе ледяная статуя. По-моему, я завизжала, потом замерзла, потом увидела полупрозрачные крылья из вереницы снежинок, землю где-то далеко под ногами и звезды, которые кажется, могут упасть на прямо на голову, и отключилась. Я как-то рассчитывала умереть быстрее и с меньшими потрясениями.

Очнулась с мыслью «сожрет меня дракон или нет». И, вообще, что делают ледяные драконы со своими жертвами? Удивительно, но я чувствовала уютное тепло. Возможно, просто еще не прошло действие зелья. Но когда я открыла глаза, поняла, тепло мне, потому что я лежу, заботливо укутанная меховыми шкурами отличной выделки. У нас дома таких не было. И окружает меня ледяное великолепие. Я осторожно уселась на кровати, завернувшись в шкуру, свесила ноги вниз и с визгом убрала обратно, когда пальцы коснулись пола. Он оказался ледяным, в прямом смысле слова.

Отполированный до блеска, словно каток на озере, где мы все детство катались на коньках. Такие же стены, расписанные морозными узорами. Я дотянулась до изголовья кровати, оно тоже оказалось ледяным. Но при всем этом, в помещении не чувствовался холод. Я забралась на кровать с ногами, покрутилась и, наконец, с другой стороны обнаружила симпатичные меховые башмачки, удобное белое шерстяное платье с высоким воротом и меховую накидку из горной паркули – мелкого зверька с удивительно нежным, но в тоже время теплым мехом серебристого цвета.

Любопытство победило страх. Я слезла с кровати, оделась в удобную и теплую одежду и решила исследовать место своего заключения. Страха почти не осталось. Я уже должна быть мертва. На жизнь я даже не рассчитывала. Меня никто не обижал, мне дали одежду, и это однозначно лучше, чем замерзать, прикованной к горному плато.

Я очутилась в ледяном замке. Неизвестная мне магия поддерживала здесь вполне комфортную температуру, но притрагиваться к вещам все же было неприятно. Дверь моей комнаты выходила в длинный холл. От его ослепительной белизны стало некомфортно глазам. Сотни ледяных подсвечников на стенах, мерцающие огоньки свечей (я готова была поклясться, что пламя в них магическое, и тоже не способно согреть), морозные узоры на стенах, ледяные двери и широкая сверкающая лестница. На отполированные до блеска ступени положили белоснежный ковер, видимо, чтобы никто не убился. Я размышляла отстраненно, потому что пока не видела не единой живой души. Кто следит за всем этим зимним великолепием, неужели сам дракон? Но это нереально.Я спустилась по лестнице в просторный зал, в центре которого стояла огромная белоснежная ель. На ней поблескивали сосульки и снежинки – переливающиеся зимние украшения. Осмотр замка занял много времени, и все равно я не изучила его не полностью. Не было конца галереям и комнатам, я бродила одинокая и потерянная, испытывая странные чувства. Облегчение от того, что жива, страх перед неизвестным и предвкушение. В этом месте все было непривычным и сказочным.

Я не ждала встречи с ним, но понимала, через несколько дней прогулок по холодным коридорам замка в одиночестве, буду рада любому общению, если, конечно, до этого времени не получится сбежать или я не умру от голода. Только надо придумать. И не как, а куда. Нельзя чтобы жертва вернулась. Это сулит беды всем жителям долины, и как бы ни рыдала вчера мама, как бы ни тосковал отец, они не позволят ступить мне на порог родительского дома. А куда бежать? Этого я не знала, да и скоро поняла, что невозможно. Нужно было всего лишь выйти на балкон второго этажа. Дверь на него вела из просторного зала.

На улице до костей пробрал пронизывающий ветер, швырнул в лицо ворох колючих снежинок, и, лишь проморгавшись, я уставилась в сизое, затянутое тучами небо. Вокруг меня была вьюга. Сверху и снизу, в пропасти. Я даже не видела, где там далеко под ногами земля. Замок словно висел среди пурги. Я поспешила сбежать от нее назад, в теплое помещение. Слишком свежа память о том, как я стояла на морозе и ждала своей смерти. Больше к таким подвигам я не была готова.

Почти все двери в замке оказались открыты. Залы, в которых можно проводить балы, с высокими потолками и арочными окнами. Здесь хотелось кружиться и танцевать, но не с кем. Комнаты – уютные, с диванами и даже камином, спальни, и только одна в конце коридора второго этажа оказалась запертой. Я дернула ручку посильнее, нахмурилась и дернула еще раз, но все равно не смогла открыть.

– Не стоит, - раздался из-за спины ровный, холодный голос. Я вскрикнула и развернулась.

3

Сзади стоял он. Белоснежные длинные волосы, концы которых, кажется, заледенели, длинные графитового цвета ресницы, припорошенные снегом и нереальные голубые глаза – такие прозрачные и холодные, что стало не по себе.

– Арон, - представился мужчина и улыбнулся. Точнее, улыбнулись губы, взгляд так и остался холодным.

– Эльзи, - шепнула я и немного отступила, испытывая неясное смущение. Словно нарочно сунулась на запретную территорию.