– Алеста! – он ловит меня за руку и разворачивает к себе. – Я скучал, очень, - шепчет, пронзая меня своим потемневшим взглядом, того… второго мужчины, которого я любила. Очень трудно устоять! Но я не хочу, чтобы обманывать и предавать меня – вошло ему в привычку. – Может, хватит? – говорит с надеждой в голосе, и я почти сдаюсь… так больно!

Люблю его, очень!

– Тогда, верни флешку, - отвечаю. – Тогда будет – хватит!

– Ты ведь знаешь, что я не сделаю этого? – мрачно говорит.

– Тогда нам не о чём говорить!
– выпаливаю, вырвав руку.

– Я почти к нему добрался! – останавливает он меня. – Знаю где он и с кем! Каждый шаг!

– Я очень рада за тебя Давид! – сердито говорю, поворачиваясь вновь.

– Ты ведь понимаешь, что я не смогу отступить, когда уже так близко? Я ждал этого много лет!

– Мне очень жаль, - говорю, словно мы на двух разных волнах. Ведь для него это долгожданное события, а для меня – разочарование.

– Алеста, не будь ребёнком! Для нас это кончится сегодня! И ты сможешь забыть всё, как кошмарный сон! – не сдается он.

– Отлично! – спокойно отвечаю, но сердце так и сжимает от горечи, когда понимаю, что он задумал свою месть именно на сегодня. – Я опаздываю, Давид… поговорим потом.

Я ухожу, подавляя слёзы, потому что боль невыносимая. Столько дней без него, в постоянном напряжении и волнении! Бессонные ночи, страх и переживание – угнетали меня, ломая что-то внутри!

А он… продолжает держать свою оборону, словно на войне, игнорируя моё состояние! Ведь знает, как мне было важно, доказать убийство родителей!

Выхожу на улицу, не оглядываясь, сажусь в один из внедорожников, которые должны были меня сопровождать и мы уезжаем. Лишь оказавшись в машине, я даю волю слезам, только, к сожалению, от этого легче, совсем не ставало….

Кладбище, на котором были похоронены мои родители, находилась достаточно далеко от дома Давида, поэтому мы ехали к нему больше получаса. По пути, я потребовала одну остановку возле аптеки, под предлогом купить успокаивающие и обезболивающие таблетки. Нервы были на пределе! Заодно покупаю тест на беременность, чтобы подтвердить или опровергнуть возникшие подозрения.

Будет очень хорошо, если всё же, окажется, что я не беременна, ведь мы с Давидом совсем мало вместе, и вообще, с нашими напряжёнными отношениями, его криминалом и опасностью, ребёнок был не вовремя.

Хотя в глубине души, меня грела мысль стать мамой и родить ребёночка от любимого мужчины. Не смотря на то, что мне девятнадцать, я так и не поступила в институт и ничего не добилась в жизни!

На кладбище, почти уже все собрались. Было человек пятнадцать, которых я впервые видела. Знакомлюсь почти со всеми, кроме одного мужчины. Он стоял в стороне, в чёрной широкой шляпе и солнцезащитных очках. Солидно одетый и такой представительный. Примерно пятидесяти лет. От чего я сразу сделала выводы, что это кто-то из начальства банка. Очень приятно, что кто-то из них, почтил память моих родителей, своим присутствием.

Я благодарю всех за поддержку, за то, что пришли, а мне высказывают соболезнования. Интересуются, как я справлялась одна, и рассказывают, как много и часто говорили обо мне родители. Машинально тянусь к кулону, а там его нет! Давид так и не вернул мне его, хотя по идее, он был ему уже не нужен.

Стою, молча, и не могу удержать горьких слёз, ведь так обидно, что всё слаживалось подобным образом. Чувствую себя сейчас, никудышней дочерью, которая не смогла позаботиться, даже об элементарном – сохранить последний подарок родителей.

– Алеста, - слышу голос Ника, и его рука мягко ложится мне на поясницу. – Ты плачешь?

– Прости, просто воспоминания нахлынули, - оправдываюсь я, вытирая руками слёзы. – Для того и поминки..., - добавляю, пытаясь улыбнутся.

– Я уезжаю…, сегодня вечерним рейсом. Нет смысла ждать, если ты уже решила не ехать со мной, - говорит он, обнимая за плечи.

Я машинально оглядываюсь по сторонам, замечая людей Давида на достаточно приличном расстоянии, и сразу быстро успокаиваюсь. Давид не поехал со мной, решая свои дела, обманул и предал – так почему я должна продолжать боятся его собственнических наклонностей! Кроме того, поддержка близкого человека, понимание и утешительные объятия, сейчас, были для меня очень необходимы.

 - Возможно, уехать с тобой было бы самым моим правильным решением, но я не могу, - тихо говорю.

– Очень жаль. Но ты ещё можешь передумать к шести часам вечера. Документы готовы и всё уже решено, - с улыбкой говорит он. А потом серьёзно добавляет: – Я даже не буду упоминать о наших возможных отношениях. Ты всегда можешь быть рядом как друг.

– Спасибо, - благодарю с теплотой голосе, ведь это для меня многое значит. Ник всё понял, и не будет на меня давить, а наша дружба продолжается! Не хочу её лишаться!