– Голодная?

– Очень.

Я не ела уже больше суток.

– Как голова? Ещё кружится?

– Да вроде нет, – дёргаю плечами.

– Идти можешь?

– Наверное. Куда? Далеко?

Хоть бы не на выход.

– Вниз. В обеденный зал. Еда-а-а. На кончике языка сладко завибрировало. Я даже от предвкушения губы невольно облизала. А он… заметил это действие. А я в его глазищи всё-таки посмотрела. Не хотела. Случайно. Невольно вышло. И пропала. Там, в ночной мгле, вспышка странная яркая шарахнула. Что-то, похожее на удивление. Или интерес явный.

Губы мои, что ли, понравились? Да нет в них ничего особенного. Да, пухлые. Да, мягкие. Розовые, с блеском. Отчим всегда на них пялился. Нескромно так, подозрительно. Алчно. Пялился и облизывался. Как вспомню, так желудок промыть охота от омерзения. Я только недавно поняла, какие у него были ко мне реальные намерения. Неродственные, недружественные. Уж точно. Как я могла не замечать очевидного? Ушлёпок на мне помешался.

Они натуральные, свои. Не как у шлюшек-сосалок пельменища на пол-лица. У тех, которые возле Гектора трутся. У его клубных девочек. Даже Ленка, и та в себя ботокс всандалила, чтобы клиенты больше платили за приятный минет. А главарь глянул на них так собственнически, будто впервые натур продукт увидел, как что-то редкое, эксклюзивное. Аж неловко стало.

Я откашлялась, потирая живот, чтобы он перестал бурчать.

– Подожди минуту, – Гектор опомнился, отрываясь от моих губ, которые уже почти до ран обгорели от его столь наглого внимания, – я позову Семёныча. Он выдернет из тебя иглу.

Надеюсь, бандюган не накачал меня наркотиками. Иначе планам конец. Он воспользуется мной, а я даже не успею поторговаться, назначив цену. За что? За никем не сорванный цветок. Что ещё я могу предложить вожаку? Они любят такое. Они. Другие. Сатанеют от чистых девочек. Чувствуют себя первооткрывателями и завоевателями неизведанного, когда рвут целку. Самоутверждаются. В данном случае моя невинность – мой мощный козырь.

Всё же соображаю я трезво. Вряд ли меня накололи дурью. Сейчас я в ужасной форме. Наверное, я не привлекаю мужчину. Плохо. Я должна его соблазнить и вызвать адское желание. Но я не знаю как. Неумёха я. За свои девятнадцать ни разу даже не целовалась. По-взрослому. Взахлёб. В запой. Чтобы ноги подкашивались. Чтобы в обморок падала. Стыд мне, да и срам. Лохушка я отстойная. Да просто не встретила никого ещё, с кем бы искренне захотела разделить удовольствие.

До него. Я сошла с ума. Дура я! Неужели влюбилась? В преступника. С первого взгляда. Ну да. Как в такого идеального самца не влюбиться? Мечта любой девчонки. Внешне. И только. А в душе у него спрятан ящик Пандоры.

Мурадов выходит из комнаты, я тут же облегчённо выдыхаю, чуть расслабляюсь. Мучение какое-то находиться под его прицелом. Не проходит и минуты, как он возвращается. Не один. В компании пожилого мужчины с седыми волосами. Дедуля надевает очки для зрения, осторожно извлекает из вены иглу. Меряет мне давление, считает удары пульса. Задает несколько вопросов по поводу моего самочувствия, затем разворачивается к начальнику, молвит ему несколько заумных фраз. Гектор кивает, а докторишка уходит.

Вот это сервис. Да у него в доме даже личный врач имеется наравне с прислугой. Ну да, он же бандит. Небось, часто пули получает.

– Пошли, – Гектор приказывает.

Я отталкиваюсь ладонями от кровати, поднимаюсь на ноги. Голые стопы касаются холодного пола – отрезвляет. Меня немного пошатывает, не смертельно. Больше от голода, чем от травм. Рубаха амбала достаёт мне почти до колен. Я нарочно пытаюсь поднять её выше, чтобы дьяволу было видно мои ножки. Жалкая попытка, но все же… Сейчас я выгляжу как ходячий скелет. Как чучело огородное, отпугивающее ворон. Мне срочно нужно принять ванну, чтобы смыть маскировку, чтобы стать привлекательной девушкой, а не грязным оборванцем.

Да, природа не обидела меня внешностью. Есть на что посмотреть, если начать правильно питаться и как следует за собой следить, если платье надеть и макияж сделать, я буду не хуже тех его элитных вешалок.

Хозяин особняка выходит из комнаты, я плетусь за ним следом. Спускаюсь по лестнице, придерживаясь за стены. Внезапно меня подсекает сильное головокружение. Я почти висну на перилах. Громила тормозит. Оборачивается. Смотрит на меня хмуро, даже дёргается в мою сторону, якобы чтобы помочь, но тут же замирает. Правильно. К чёрту жалость. Всякие там сопли рушат ледяной авторитет кровавого правителя.

– Н-нормально всё. Уже проходит, – заверяю, продолжая путь. Я делаю несколько глубоких вдохов, становится легче.

Спустя минуту мы оказываемся в столовой. Она огромная, светлая. С большими панорамными окнами и белоснежными шторами. Шик и блеск. Я будто в сказку попала. В другой мир. В другую эпоху. Или на другую планету переместилась.

Живут же некоторые. Как цари. А где живу я? На дне мира.

Хозяин дома любезно приглашает меня сесть за стол. Разумеется, я с радостью принимаю предложение. В нашем распоряжении целый стол, заваленный всевозможными деликатесами. И больше никого. Только он, я, горы вкуснятины. Мне хочется как следует потереть глаза кулаками, чтобы убедиться, что я не сплю. Миксы запахов действуют на меня как дурман. Я сажусь за стол, быстро набрасываюсь на еду, но следовало бы в первую очередь продемонстрировать вежливость и отблагодарить хозяина за еду. Да просто когда я рай этот неземной увидела, обо всём напрочь забыла.