– Ты нужен мне…, - почти мольба.

– Обещай, - потребовал я, - Что ты больше даже мысли не допустишь, что бы подпустить к себе другого мужчину! Отныне ты будешь только со мной!

– Миша…

– Обещай, - я был, не умолим. Мне нужно было это услышать. Мне была и так ненавистна мысль, что она была с другим, или с другими. А то, что она думает, что может найти кого-то на мое место – будило во мне зверя.

– Только ты! Только с тобой! – пробормотала она, и я резко вошел. Твою мать! Она была такой тесной, как и три года назад. Я был готов кончить в ту же секунду. Я замер на несколько секунд, пытаясь успокоиться, но Кристина начала ерзать, и я крепко схватил ее за попу.

– Не смей! – я не узнавал своего голоса, - Посмотри на меня, - девушка распахнула свои темно-карие глаза, - Смотри и знай, что сейчас ты со мной, что это я дарю тебе наслаждение, - прорычал я и начал двигаться. Комната наполнилась стонами моей девочки. Я входил в нее по самые яйца резкими толчками, и даже не пытался быть нежным. Она меня разозлила. Руками водил по телу, больно сжимал груди, целовал, кусая губы чуть ли не до крови. Еще несколько толчков и мы одновременно кончили. Оперевшись на локти, я навис над Кристиной, приводя в порядок дыхание. Затем лег рядом и крепко обнял ее, прижав к себе.

– Если ты думаешь, что я на этом остановлюсь, то ты глубоко заблуждаешься, - сказал я выровняв дыхание. Кристина засмеялась. Несколько минут мы лежали в тишине.

– Миш? – подала голос девушка.

– Что? – спросил я.

– Могу я задать тебе вопрос? – спросила она, и, повернувшись на бок, я внимательно посмотрел на свою девочку.

– Конечно, спрашивай все, что хочешь, - дай я ей зеленый свет. Кристина замялась.

– Скажи…Тебе не нравится мысль обо мне с другим мужчиной? – спросила она, глядя мне в глаза. Я замер.

– Не нравится, - еле выдавил я.

– И ты сможешь быть со мной? А как же твои страхи?

– Кристин, ты же не предавала меня. По большому счету, это я тебя предал, - мне было горько, - Мне нельзя было отпускать тебя тогда. А я по глупости, да и по дурости поступил как последний идиот.

– То есть ты не будешь меня попрекать? Ты же собственник, я знаю это, - Кристина явно сомневалась в моих словах.

– Маленькая моя, - я прижал девушку к себе и посмотрел ей прямо в глаза, - Я люблю тебя! Ты самое большое счастье в моей жизни! Да, я собственник, и отныне ты будешь только со мной! – я нежно провел рукой по ее щеке. Глаза девушки расширились от удивления.

– Ты понимаешь, что сейчас сказал? – едва слышно прошептала она.

– Да, счастье мое. Я любил тебя еще тогда, только боялся себе в этом признать. Мне плевать, что было, пока мы были в разлуке, хотя не буду спорить, мысль эта приносит мне боль и сожаление, но я сам во всем виноват. Но я сделаю все, слышишь меня, все, что бы я стал последним, - с жаром проговорил я, покрывая поцелуями любимое лицо.

– Мишка, родной мой…Я не верю, что слышу это от тебя, - из глаз девушки полились слезы.

– Не плач, моя красавица. Я сам не верю. Но ты полностью изменила меня. С той самой пощечины, я понял, что ты другая, не такая как все. Вот только мне потребовалось много времени, что бы принять это. Ты знаешь, - я откинулся на подушки задумчиво глядя в потолок, - у меня ведь никого не было за эти три года. Я просто не мог спать с другими. Все мои мысли были только о тебе. И сейчас, больше всего на свете, я боюсь не какого-то возможного предательства, а потерять тебя, - я открывал ей душу, выворачивал себя наизнанку перед этой девушкой. Но так было правильно. Это нужно было сделать. Я почувствовал, что Кристина прижалась ко мне обнаженным телом и обняла за шею.

– Ты первый и единственный, - прошептала она мне. Я резко сел, отодвигая ее за плечи и смотря в глаза.

– Ты серьезно? – я был в шоке.

– Абсолютно. В моих мыслях и сердце всегда был только ты. Я люблю тебя давно. Даже не знаю, в какой момент это случилось. Все эти три года, я думала о тебе, вспоминала, - признание девушки просто ошеломило меня.

– Тогда почему ты уехала? Почему не боролась за нас? – мне хотелось знать ответ. А Кристина уложила меня обратно на спину и легла мне на грудь.

– Давай не сейчас, Миш. Я тебе обязательно расскажу об этом, но потом. Прошу, не расспрашивай сейчас об этом, - попросила она. Я поцеловал свою девочку в макушку.

– Как скажешь, - согласился я. Сейчас мне было достаточно того, что она любит меня, и всегда была моей. А что бы так оставалось и в будущем, я приложу все усилия.

Я была на седьмом небе от счастья! Я любила и была любима! Миша каждый день мне доказывал, что его признания не пустой звук. Мы много разговаривали, дурачились, почти все время проводили вместе. Я видела, что он искренен со мной и все чаще задумывалась, как бы сказать ему о детях. Я верила, что он все поймет и будет рад.