— Слышь, сосед, подойди поближе.

Тот подскочил:

— Что такое? Подать, что ли, чего?

— Нет. Ты это… — замялся Ильяс, не зная, как спросить. — Доктору сколько надо заплатить за операцию?

— Ты что! Даже не вздумай — не возьмёт! Только рассердишь! Все пытались — не берёт, и всё тут! Вроде от чистого сердца предлагаешь. Нет! Не берёт…

Ильяс призадумался: «Ладно. Решим. Главное — на ноги встать!»

* * *

Операция прошла удачно. На следующий день забежал проведать главврач. Он был доволен даже больше, чем сам пациент. Долго расхваливал клинику и докторов. Ну что ж, у каждого своя работа.

За две недели в отделении Ильяс довольно хорошо сдружился Шигапом Шамильевичем. Пациент, теперь не зацикленный на боли, стал более коммуникабельным и добродушным. Расспросил всё о жизни доктора. Узнал, что две дочери растут, одна из них студентка. Узнал, что живёт в ипотечной квартире. Ещё пять лет платить. Когда разрешили встать, увидел в окно, на какой машине приезжает уважаемый доктор. Это была раздолбанная отечественная модель — ещё, наверное, с советских времен — «шестёрка». «От тестя осталась», — с гордостью поделился Шигап Шамильевич.

— Ну всё, — сказал доктор утром четырнадцатого дня после операции. — Сегодня, после обеда, вас выписываем. Соблюдайте все написанные рекомендации. Носите корсет. В течение месяца долго не сидеть — только стоять или лежать. Больше трёх килограммов не поднимать. Не делать резких наклонов и потягиваний. Всё остальное написано в выписном эпикризе. Через месяц на осмотр. Желаю не болеть!

— Огромное спасибо, доктор! У меня есть ещё одна просьба к вам.

— Слушаю, Ильяс Хакимович!

— У вас паспорт с собой?

— Да, — ответил удивлённо Шигап Шамильевич.

— А вы не могли бы мне дать его до конца дня? К концу работы мой водитель завезёт. Надеюсь, вы не сомневаетесь в моей порядочности? Ваш документ я не буду использовать во зло — это я вам обещаю.

— Ну, хорошо, — ответил растерявшийся и заинтригованный доктор. — Сейчас медсестра принесёт. А меня извините, скоро начинается операция — надо готовиться. До свидания!

* * *

По белой от только что выпавшего снега аллее, слегка опираясь на трость, шёл мужчина. Он с удовольствием рассматривал переливающийся всеми цветами радуги иней на деревьях, довольно щурился от яркого солнца, радовался детским крикам впереди.

Вот что значит жить без боли — всё радует. Он впервые за несколько месяцев шагает, чувствуя под ногами упругий снег, совершенно без посторонней помощи. Это ли не счастье?!

В то же время у окна второго этажа клиники стоял усталый доктор и растерянно рассматривал документы в прозрачном фирменном пластиковом файле, которые час назад принёс водитель Ильяса Хакимовича. Там, кроме знакомого паспорта, лежали договор купли-продажи и ПТС автомобиля одной известной японской марки, выписанные на его имя.

За окном хлопьями тихо падал снег. Он ложился на плечи прохожих и машины, стоящие на парковке. Тихо падал, укрывая всё собою, замедляя бег времени. Стало быстро темнеть. Вечер скрыл бредущих в снегу людей. И остался доктор один на один со своим отраженьем в окне. Он долго всматривался в себя, чувствуя, как в душе рождается радость, снимая усталость. Усталость от тяжёлого дня.

Имена героев изменены

Это было вчера

Плач из телефонной трубки внезапно прервался. Впрочем, Даша не была удивлена — знает эту привычку своей любимой подруги: начинает с телефонного звонка, внезапно прерывает разговор, затем не пройдёт и часа, как появится на пороге дома… Значит, опять что-то случилось. Ах, подруженька… Не даёт скучать. Будь то шопинг или просто обновка, а то и с мужем нелады — Зина тут как тут: «Даша, помоги!»

Даша, улыбаясь своим мыслям, сняла чалму из синего полотенца с мокрых волос. Быстренько сменила старый банный халат, надетый после душа, на лёгкое белое платье с короткими рукавами. Зина при каждой встрече восторгается умением Даши ухаживать за собой — надо соответствовать её убеждениям.

— Ах, Дашенька-душенька, ты как куколка! Вся ухоженная такая! Не то, что мы: придёшь с работы, скинешь уличную одежду, накинешь старый халат, и целый день, а то и все выходные, в таком виде. Иной раз волосы расчесать некогда — так и ходишь, как ведьма! — смеялась подруга над собой.

Даша заканчивала у зеркала прихорашиваться, как зазвучал мелодичный звук дверного звонка.

— Ни дня не хочу жить с ним больше, ни одного дня! — голос Зины разнёсся на весь подъезд, как только Даша открыла дверь. — Кто видел счастье в замужестве, а? Дашенька, вот ты правильно делаешь, что живёшь одна!