Шрифт:
— Лиза, пожалуйста, не ходи к нему.
А про себя добавил, чтобы она осталась со мной. Но ведь она уже однажды сказала "нет", что я не подхожу ей, что я Не такой.
— Я должна… Если вы хотите получить контракт.
Контакт. Какой контакт? Не сразу, но до меня дошло. Я вспомнил про сделку и Бодлера, поэтому ляпнул первое, что пришло в голову:
— Но не такой же ценой.
Лиза отпрыгнула в сторону, выпуская в меня все свои колючки.
— Какой ценой, Ваня?!
Я промолчал, пытаясь понять, что же такого я хочу ей сказать.
— Ну? Скажи это уже. Лиза, пожалуйста, не спи с другим мужиком. Ведь ты только так умеешь дружить и решать проблемы!
Вот это меня разозлило. Во-первых, я этого не говорил. А, во-вторых, я честно гнал от себя любые мысли, хоть как-то отдалённо связанные с другими мужчинами. Даже если они и были, я не желал об этом знать.
— Я не это имел в виду!
— Тогда что?! — яростно негодовала она.
Вместо ответа поймал Лизу за руку и притянул к себе. Она пыталась сопротивляться, брыкаясь в полсилы, но я уже чувствовал, как ослабевает её протест. В тот момент, когда её щека прижалась к моей, я буквально поплыл. Стоял, уткнувшись носом в её шею, и наслаждался её запахом — мыла и дешёвого шампуня, чистоты и тепла.
Лиза словно замерла в моих руках. Я чувствовал как она робеет, как она дрогнула. И за всем этим не осталась никакой её брони и самоуверенности.
И тут до меня дошло, что между ней и Бодлером просто не могло ничего быть. Слишком очевидно и вызывающе Лиза вела себя с ним. Это была часть её игры, часть напускного панциря. В своих искренних чувствах она обычно была не такой, всё что исходило непосредственно от нее, тонкое и ранимое, всегда пугало её. Поэтому любые искренние порывы обычно маскировались ею. А вот то, что делалось специально, всегда сопровождалось кучей спецэффектов.
— У тебя же с ним ничего нет… — поделился я с ней своим открытием. В ответ она лишь кивнула, подтверждая мои догадки. — Вот и отлично.
Сердце радостно подпрыгнуло. Мне захотелось большего. Мне уже чёртову кучу лет хотелось чего-то большего, чем просто мысли о ней. Провёл носом по её шее, стараясь как можно глубже в себя вобрать её аромат.
Но потом в её сумочке ожил телефон, разрушая всю прелесть момента.
— Не отпущу, — прохрипел я, стараясь ещё сильнее прижать её к себе.
— Даша! У тебя есть Даша, — вдруг вспомнила Лиза. Окончательно возвращая меня к нашей реальности.
— Я разберусь!
— Нет! — Лиза вырывается из моих объятий и отбегает на пару метров от меня.
— Ванька, я так виновата перед тобой, — отчаянно начинает Лиза, заливаясь краской. — Во многом, если даже не во всём. Но сейчас поздно что-либо менять. У тебя Даша и… Да и этого достаточно. Просто, у тебя Даша. Меня Дима ждёт. А ты не такой…
И опять эти слова. Не такой. Вот как это понимать?! Как?! И если у неё ничего с этим Бодлером, то значит, что она просто считает, что я не подхожу ей?
— Не такой — это какой?! — перестаю контролировать себя я, теряя остатки самоконтроля. — Как это, блять, понимать!!! Что я должен ещё сделать, чтобы ты начала меня как достойного себе воспринимать?!
— Ты надёжный, — повторяет она как заведённая, — ты честный, ты хороший, ты самый лучший. И ты не предаёшь. Ты не изменяешь… И я не могу позволить себе, опять испортить твою жизнь…
Испортить что?! Но я не успеваю задать этот вопрос, потому что Лиза выскакивает за дверь, оставив меня одного.
А я смотрю ей вслед и понимаю, что у всего есть свой предел прочности. Я смотрел и ждал, когда же будет пройден мой перевал.
Глава 37
Малиновый закат стекает по стене.
В тех ломаных лучах -
Я насквозь и вокруг тебя рассмотрел,
Только ты ничего не знала обо мне.
(с) Макс Корж
Когда я выскочила из Пеликана, на улице уже совсем стемнело. Центр города утопал во множестве огней, но сегодня меня это не радовало. Со стороны набережной дул пронизывающий ветер. Поежилась.
Какое-то время постояла на крыльце, осторожно прислушиваясь к тому, что творится за спиной. Знала, что поступаю правильно, но это никак не уменьшало моего иррационального желания, чтобы Ванька последовал за мной. Кожа всё ещё хранила тепло его объятий, а сердце ныло от щемящей нежности. Мне бы сейчас одной побыть и прореветься хорошенько, но надо было идти к Бодлеру.
Несмотря ни на что, Димке я была рада, но предстоящий разговор меня всё равно пугал.
Сделала глубокий вдох, заталкивая все свои эмоции вглубь себя, должно быть, у меня там уже чёрная дыра образовалась.