Даже не знаю, когда ему это надоело, но в один момент он перехватил меня рукой и с силой прижал к себе, да так сильно, что мне показалось, что у меня кости хрустнули. Но меня это мало упокоило, я всё брыкалась и вырывалась, из-за чего Ване пришлось меня поцеловать. Сильно, жёстко, властно… и до одури сладко. Мы целовались бесконечно много, пока наше дыхание не сбилось в конец, я даже пару раз его укусила, из-за чего он только довольно хмыкал.

Каким-то чудом смогли оторваться друг от друга. Ванька уткнулся своим лбом в мой, и долго всматривался мне в глаза, ища ответы на какие-то свои вопросы. А потом заговорил, быстро-быстро, обдавая моё лицо своим горячим дыханием.

— Я не ревную. Вернее всячески стараюсь. Просто вокруг тебя столько людей, что просто не представляю, что именно я могу тебе такого дать.

— Себя дай, — пробурчала я, после чего поцеловала его уже сама.

Разбуди меня, искупай в самой чистой воде.

Глаза и ладони, нет лучше нигде.

И качается мост между мной и тобой.

Разбуди меня, поцелуем полыни из звезд.

(с) Ночные снайперы

В тот вечер я так и не добрался до магазина. Мы с Лизой ещё какое-то время провели на стоянке в объятиях друг друга. Она отвечала на мои поцелуи со всей готовностью и жаром. Из-за чего у меня натурально срывало крышу. Хотелось взять её в охапку и на всех порах мчать в гостиницу. Да какая там гостиница, когда в паре метров от нас стояла машина, дойти бы только дотуда.

Но предательский голос разума шептал, что рано, что не сейчас. С еле сдерживаемым стоном на губах оторвал её от себя и от греха подальше повёл прямо по улице в направление толпы людей. Лиза до смешного недовольно шмыгала носом, всячески демонстрируя мне своё разочарование. И я со своим бунтующим телом её вполне понимал.

Затащил её в первый попавшийся ресторан и усадил напротив себя, чтобы лишний раз не касаться.

— Ну и как это понимать? — с прищуром во взгляде поинтересовалась она.

— Я сейчас занудство скажу, — попытался отшутиться я.

— Ничуть в этом не сомневаюсь.

— Лиз, понимаешь, я много лет пытался играть в любовь с Дашей, — старательно подбирал нужные слова. — Как видишь, из этого ничего хорошего не вышло. Поэтому, прежде, чем мы с тобой сделаем следующий шаг, нам нужно поговорить. Как бы банально это не звучало.

Она раздосадовано закусила свою нижнюю губу, отчего мне захотелось взвыть. Женщина, ну нельзя быть настолько… желанной!

— Вань, я не осилю сегодня ещё один серьёзный разговор, — устало выдохнула она.

— Поэтому давай просто есть и по возможности наслаждаться вечером.

Полагал, что она будет спорить, но Лиза покорно согласилась и замахала официанту.

Но просто есть мы, конечно же, не смогли. Всё началось достаточно безобидно. Договорились просто рассказать, чем занимались эти десять лет, но с условием, что рассказываем только о событиях без эмоций, без обид, без интерпретаций.

Лиза с удовольствием повествовала про своих друзей, про работу, про места, где она была и что видела, и моя собственная жизнь начинала казаться мне плоской и неинтересной. Если не считать нашего брака с Дашей, то я был вполне доволен тем, что у меня было, но рядом с Лизой появлялось опасение, что ей это всё будет неинтересно и пресно.

Поэтому когда пришла моя очередь говорить о своей жизни, рассказ вышел сухим и сдержанным. По мере моей истории Лиза начинала хмуриться, из-за чего я ещё больше тушевался. В итоге в какой-то момент наша беседа просто сошла на нет.

Я уткнулся глазами в свою тарелку и переживал из-за того, что не могу дать ей большего, чем у меня есть. Странно, но для нашего города я был вполне успешен, поэтому никогда особо не задумывался о каких-то иных вершинах, мне нравилось моё дело, мои люди, мои клиенты. Но тут меня посетила мысль, что с тем же Бодлером в глазах Лизы мне не сравниться.

Но тем не менее, первая нарушила тишину именно она.

— Ты сможешь меня простить?

Поднял голову от тарелки и непонимающе уставился на неё.

— Ты о чём?

— Нууу, — замялась она. — Ты же всё ещё сердишься на меня? За то что произошло в тот день, за то что я уехала с парнями… За то что всё так вышло с академией, с Ольгой Николаевной… с Дашей.

Не сразу поверил услышанному. Ах да, я же сам тогда во всём обвинил её на острове.

Говорить было нелегко, но я должен был перечеркнуть всю эту историю.

— Я злился из-за твоего отъезда, а всё остальное уже моя вина. Всё пошло не так, как мне когда-то хотелось, слишком полагался на свои планы, и когда они не сбылись, я оказался дезориентированным. Сам всё похерил и никак не мог собрать себя в кучу. Надо было на кого-то злиться, и тут очень кстати пришлась тоска по тебе, что ты не здесь, не со мной. Настолько привык винить во всём тебя, что не сразу смог разобраться, где чья ответственность, — меня наконец-то прорвало, я говорил и говорил, даже не сразу заметил, что Лиза положила свою ладонь поверх моей.