– Я не хочу пить,- отворачиваюсь от поверженной соперницы и обращаюсь к Керефову.

Он на секунду морщится, словно над ухом прожужжала надоедливая муха.

– И наушники принесите,- продолжает мужчина, игнорируя мои слова,- Девушка хочет смотреть фильм...

– Да с чего вы взяли вообще?
– фыркаю возмущенно, не выдерживая.

Керефов наконец переводит на меня тяжелый взгляд и вопросительно вскидывает одну бровь. Но я не сдаюсь.

– Тигран Рустамович, спасибо за заботу конечно,- я стараюсь говорить вежливо, но не опускать взгляд, хоть это и даётся мне с большим трудом. Очень уж пронзительно он на меня смотрит,- Но я в состоянии сама решить, что буду пить и чем заниматься.

Его левая бровь взмывает ещё выше, а губы кривятся в ироничной усмешке.

– И чем же вы собрались заниматься семь часов, Анна, пока я просматриваю строительные сметы, не поделитесь?

Я хмурюсь и всё-таки отвожу глаза. И, правда, чем? Я как-то об этом не думала. Но фильмы я уже точно смотреть не буду. Лучше с тоски повешусь...

– Наушники не надо,- распоряжается в это время Керефов, не дожидаясь моего ответа.

Стюардесса с готовностью кивает и удаляется за напитками, тоже мало интересуясь моим мнением. Я растерянно смотрю ей вслед. Вроде бы ничего такого не произошло, а у меня ощущение, что я проиграла целое сражение.

– Тигран Рустамович...- снова поворачиваюсь к сидящему рядом мужчине и замолкаю на секунду, пытаясь четче сформулировать свою мысль. Может он и не хотел меня обидеть, просто не понимает. Значит, я обязана объяснить. Только это чертовски трудно.

– Пожалуйста... Не решайте за меня.

Керефов смотрит в ответ странным взглядом, под которым я невольно ёжусь. Неожиданно вновь остро ощущаю, насколько разная на нас одежда. Сижу в простом свитшоте и джинсах рядом с мужчиной в безукоризненном костюме. Мы словно из разных миров. И его мир для меня недосягаем. Тигран Рустамович немного подаётся ко мне, так что его парфюм забивает лёгкие, щекоча нервы, и тихо произносит:

– Анна, вам придётся безоговорочно соглашаться и с более спорными моими решениями и желаниями. Вы это понимаете?

От его вкрадчивого тона меня бросает в жар. Время словно замедляется, краски становятся болезненно яркими. Я перевожу рассеянный взгляд на его губы, которые сейчас так близко от моего лица.

– Да,- произношу хрипло, облизав пересохшие свои.

– Хорошо,- я вижу, как открывается и закрывается его рот, когда он говорит. Вижу, как мелькает при разговоре белоснежная кромка ровных зубов. Почему-то это зрелище завораживает.

– Значит привыкайте не перечить мне. Никогда. Я говорю - вы выполняете.

Он вдруг перехватывает пальцами мой подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.

– Ясно?

Я с трудом сглатываю и пытаюсь кивнуть, несмотря на то, что держит он крепко.

Удовлетворенный, Керефов резко отпускает, а перед самым носом появляется наполненный бокал. Я хватаю его с подноса и выпиваю почти залпом. Вкуса не чувствую. Меня мелко трясёт. Загорается табло "пристегнуть ремни". Чёрт, мы ещё даже не взлетели, а я уже мечтаю о том, чтобы эти две недели поскорей закончились.

7.

– Проходи,- Керефов мягко давит мне на поясницу, заставляя переступить порог нашего номера.

Мягко...Но я не могу избавиться от ощущения, будто к спине приложили раскалённую сковородку. Его постоянные случайные и нет касания извели меня за время перелёта и трансфера до состояния безмолвной истерики. Нет, в них не было пошлости или грубости. Зато было что-то собственническое, безусловное, словно каждый раз тавро выжигал "моё". Так касаются друг друга в паре: подавая руку, сжимают твою кисть; забирая стакан, дотрагиваются до пальцев; поправляют лямку сумки на плече, не спросив. И кладут ладонь на поясницу, направляя в общий номер... Тело непроизвольно напрягалось каждый раз, посылая в мозг панические сигналы, и приходилось заставлять себя не вздрагивать, не отстраняться, делать вид, что это естественно. Это очень выматывало. Нервы звенели, мечтая о передышке. Сейчас бы закрыться в спальне, задернуть шторы и просто полежать в тишине. Просто побыть одной. Хоть чуть-чуть.

Возможно, в иных обстоятельствах я бы таяла от нахождения рядом с этим бесспорно красивым сильным мужчиной. Со сладким замиранием сердца подмечала бы каждый взгляд, направленный на меня. Тайком вдыхала бы приятный запах его парфюма, смешанный с терпким мускусным ароматом кожи. С томительным предвкушением, нервничая, ждала бы близости. Возможно...Если бы мы были настоящей парой, если бы он ухаживал за мной, и это был мой личный выбор. Но не сейчас.

Сейчас же мысль об общей кровати навевала лишь щемящую тоску. Но ведь не возразишь...В тысячный раз мелькнула мысль, во что же я ввязалась, ведь я совсем не из тех женщин, кто к интимным отношениям относится легко или может похвастаться какими-то особенными умениями. По правде говоря, у меня и партнеров-то всего два было. И я... Я мучительно покраснела, подумав, что оргазм с мужчиной у меня был от силы раз пять всего. Покосилась на Керефова, зашедшего за мной в номер. В просторной гостиной люкса сразу стало сложнее дышать от его подавляющей мужской энергетики. Я ведь совсем не страстная женщина. У него точно были погорячей и поопытней... Взгляд почему-то переместился на его смуглые руки. Крупные ладони, длинные пальцы, ухоженные ногти. Внутри что-то мягко сжалось, и я поспешно отвернулась, пока Керефов не заметил, что я его разглядываю.

Перевела рассеянный взгляд на окружающую обстановку. От сдержанной роскоши интерьера даже дыхание перехватило. Я не была бедной, ездила на курорты по два раза в год, выбирала приличные гостиницы, но подобный номер конечно позволить себе не могла.

– Нравится?
– поинтересовался Тигран Рустамович, давая чаевые парню, принесшему наш багаж и закрывая за ним дверь.

Я слабо улыбнулась в ответ.

– Да.

– Хорошо, я специально этот отель выбрал. Мой будет реконструировать та же фирма, что делала этот. Интересно было... Так, что если заметишь недочеты какие-то или, наоборот, интересное решение - скажи...