Сэмпсон в присутствии генерала казался необычно тихим и сдержанным.

– Я не хочу распространяться о моих личных чувствах к сержанту Куперу, – наконец заговорил он, – но как детектив не нахожу возможным поверить, что он принес орудие убийства, а также фотографии с места убийства к себе домой.

К нашему удивлению, генерал Боуэн согласился.

– Я тоже, – с готовностью кивнул он. – И тем не менее это произошло. Я тоже не могу понять почему. Но с другой стороны, мне непонятно и то, как может человек зверски убить трех женщин, – а он определенно это сделал. Не могу припомнить худшего случая насилия в мирное время, хотя я, джентльмены, много чего повидал на своем веку. – Генерал подался вперед, наклоняясь к нам через стол. Глаза его сузились, челюсти сурово сжались. – Позвольте мне сказать вам кое-что об этом криминальном деле, чего не говорил никому. Никому. Это только для вас. Когда сержанта Купера будут казнить в Центральной тюрьме в соответствии с законом штата Северная Каролина, я буду там, вместе с семьями убитых женщин. Я с нетерпением жду этой смертельной инъекции. То, что совершил этот зверь, наполняет меня негодованием и отвращением. Ваши десять минут истекли. Теперь убирайтесь вон. Чтобы духу вашего здесь не было.

Его адъютант, капитан Риццо, уже снова стоял в дверях.

Трое слепых мышат впервые за несколько месяцев снова были в Файетвилле, держа путь в Форт-Брэгг. Томас Старки, Браунли Харрис и Уоррен Гриффин были пропущены через КПП на «Типично американской» автостраде. Никаких проблем при этом не возникло. Ведь они приехали на базу по официальному делу; там у них была назначена встреча.

Старки вел темно-синий «субурбан» по территории базы, и все трое необычно притихли. Они не были в Брэгге со времени убийства женщин. Однако нельзя было сказать, что это место изменилось хоть на йоту; в армии перемены происходят очень медленно.

– Что до меня, то я лично вполне мог бы обойтись без этой поездки, – обронил сидящий на заднем сиденье Браунли Харрис.

– Не усложняй, – сказал Старки, как обычно беря на себя командование. – У нас легальная причина здесь находиться. Было бы ошибкой, если бы мы перестали показываться в Брэгге. Не разочаровывай меня.

– Я тебя слышу, – отозвался Харрис. – Но все равно, не нравится мне возвращаться на место преступления. – Он почувствовал, что ситуация требует разрядки. – Вы все знаете «Характеристическую теорию Вооруженных сил Соединенных Штатов»? – спросил он. – Так называемую модель змеи [6] .

– Не слыхал о такой, Браунли, – сказал Гриффин, драматически вытаращив глаза. Он знал, что далее последует шутка, возможно, дурного свойства.

– Армейская пехота гоняется за змеей. Змея чует пехотинцев и уходит, оставляя район невредимым. Затем приходит авиация, имея координаты змеи, полученные с искусственного спутника. Но все равно не может найти змею. Возвращается на базу дозаправиться, экипажи отдыхают и наводят марафет. Приходит полевая артиллерия. Поливает змею массированным заградительным огнем трех артиллерийских дивизионов. Уничтожает несколько сот мирных жителей в качестве неизбежных сопутствующих потерь. Все участники, включая поваров, механиков и штабных писарей, награждаются Серебряными Звездами.

– А как насчет нас, рейнджеров? – спросил Гриффин, изображая простака.

Харрис ухмыльнулся:

– Приходит один-единственный рейнджер и, немножко поиграв со змеей, съедает ее.

Старки хохотнул, потом свернул с Армистед-стрит к стоянке машин перед штаб-квартирой войскового соединения.

– Помните, это законный, благопристойный, респектабельный бизнес. Ведите себя соответственно, джентльмены.

– Есть, сэр, – пролаяли Гриффин с Харрисом.

Все трое подхватили свои кейсы, надели легкие пиджаки и поправили галстуки. Они представляли собой ведущую группу агентов по сбыту фирмы «Хеклер и Кох» и приехали в Брэгг для того, чтобы наладить продажу пистолетов для армии. В частности, они старались привлечь интерес армейских властей к разработанному компанией «оружию самообороны». Этот пистолет весил меньше килограмма, с полной обоймой, и «пробивал любой стандартный бронежилет».

– Адская штука, – в торгашеском запале любил говаривать Томас Старки. – Владей мы ею во Вьетнаме, выиграли бы войну.

Встреча прошла как нельзя более успешно. Трое комиссионеров покинули канцелярию войскового подразделения чуть позже половины девятого вечера, получив заверения в поддержке «оружия самообороны». Томас Старки также продемонстрировал последнюю модель автомата «МР5», а также со знанием дела и энтузиазмом рассказал о принятой в его компании технологии производства, на 99,9 процента обеспечивающей взаимозаменяемость составных частей автомата.

– А теперь по холодному пиву и по хорошему бифштексу, – распорядился Старки. – И посмотрим, нельзя ли немного поозорничать в Файетвилле или в каком-нибудь другом городишке по дороге. Это приказ, джентльмены.

– Я полностью за, – сказал Харрис. – У нас выдался хороший денек, не так ли? Давайте посмотрим, удастся ли его испортить.

К тому времени как Форт-Брэгг остался за спиной, спустилась тьма.

Уоррен Гриффин опять затянул свою любимую песню из репертуара Уилли Нельсона [7] , «Снова в пути», которую пел почти всякий раз, как они пускались во все тяжкие. Они знали Файетвилл не только благодаря своим деловым поездкам, но и еще по тем временам, когда сами были дислоцированы в Брэгге. Прошло всего лишь три года с той поры, как их троица оставила армию, где они служили в частях спецназа: полковник Старки, капитан Харрис, старшина Гриффин. Семьдесят пятый полк специального назначения, третий батальон, первоначально размещенный на базе Форт-Беннинг, штат Джорджия.

На въезде в город они увидели пару проституток, отаптывающих панель на углу темной улицы. Когда-то, в старые недобрые времена, в Файетвилле, на Хейс-стрит, на каждом шагу были целые кварталы «жестких» баров и стриптиз-клубов. Тогда эта улица еще получила прозвище Файетнам. Впрочем, все это осталось в прошлом. Ныне местные власти пытались превратить нижнюю часть города в фешенебельный район. Щит, воздвигнутый возле Торговой палаты, гласил: «Столичный стиль жизни в сочетании с южной неторопливостью». От всего этого просто блевать хотелось.