Сулей появился минут через десять.

— Линочка, — ласково сказал он. — Не принимайте ее слова близко к сердцу. Вы сами знаете, сколько она натерпелась. Представьте, что у вас отняли магию и заставили две или три недели провести в тюрьме. Не у всех выдерживает психика. Марианна успокоится, я позабочусь о ней. Знаете, давайте-ка я вас отпущу. Дальше я сам. Оля, Алиса, вы тоже можете идти.

— Когда приходить? — подозрительно уточнила Алиса. Часы показывали половину четвертого утра.

— Когда выспитесь. Вы же вызвали Ирину? Утром она вас заменит.

Уже легче. Сулей не спал сам, но хотя бы давал отдохнуть другим.

— А вы? — Лина Венцеславовна смягчилась и выглядела уже не такой обиженной.

— А что я? — улыбнулся Сулей. — У меня много работы. А чтобы не спать, существуют чары и зелья. Отдых подождет.

…Охранник в будке у администрации президента безразлично смотрел, как в половине четвертого три женщины покидают здание. Он привык ко всякому. И ко встречам власть имущих под покровом ночи — тоже.

Лина Венцеславовна и Ольга давно уехали, а Алиса все еще подпрыгивала у перекрестка и ждала такси. Сулей отпустил ее, но так и не предложил отвезти. И Ольга с Линой Венцеславовной тоже. Надо покупать машину. Алисе никогда не хотелось иметь свою машину, в городе она прекрасно обходилась общественным транспортом. Но если у Сулея войдет в привычку задерживать секретарей до трех часов ночи…

Интересно, а в прошлой жизни как бы она отнеслась к идее купить машину? Собственная прошлая личность начинала казаться Алисе чем-то средним между матерью и старшей сестрой. Что бы она сказала, что бы она подумала, как бы она поступила…

Наконец подъехало такси. Пожалуй, было бы забавно, окажись за рулем Безымянный. Но там сидел обычный таксист — упитанный, плешивый и неразговорчивый.

К началу шестого Алиса уже крепко спала.

На этот раз ей не снилось ничего необычного. Вернее, Сулей, Марианна и еще толпа народу мелькали в невообразимых сочетаниях, но это были просто бестолковые сны, без ощущения чего-то важного. Из них вырвал телефонный звонок.

Алиса не сразу нащупала телефон на полу у кровати, куда клала его на ночь. Наконец отыскала трубку, с третьего раза ответила на звонок и просипела:

— Да?

— Доброе утро, — произнес знакомый голос. — Это Ландау. Заняты?

— Что, уже не Безымянный? Вернули девичью фамилию? — выдала Алиса первое, что пришло в сонную голову. Собеседник расхохотался. А она села на кровати, кутаясь в одеяло и постепенно смиряясь с тем, что поспать уже не получится. Часы показывали половину десятого. Ну и ладно. В офисе Сулея сейчас всяко интереснее.

— Я ее и не менял, — сообщил Ландау, отсмеявшись. — Вы можете говорить?

— Ну, наверное, могу… Нет, подождите. Я не давала вам свой номер!

В трубке выразительно хмыкнули.

— Что делает Сулей? Какие были его первые шаги?

— И вашим шпионом я тоже не буду!

— Будете, — не меняя тона, сказал Ландау. — Итак?

Алиса тяжело вздохнула. Очень хотелось бросить трубку, выключить телефон, отключить дверной звонок и зарыться обратно в одеяла и подушки. Но она понимала, что не сделает этого. И да — что будет шпионом, иначе Ландау от нее просто не отстанет. Нет, не так. Иначе он найдет другой способ выяснить то, что ему нужно, а Алиса так и останется секретарем Сулея. Будет прислуживать человеку, который когда-то стер ее личность, и даже не узнает, в чем была причина.

— Он выгнал вашу секретаршу и взял на ее место меня и мою подругу. А потом освободил Марианну Бойко и остался в офисе разбирать дела других заключенных, чтобы освободить тех, кого осудили несправедливо.

— Несправедливо, значит, — повторил Ландау. — Ну-ну. Вы правильно сделали, что согласились стать секретарем. И что Марианна?

— Всех ненавидит. Ну, кроме Сулея. Он, кстати, собирается вернуть ей магию.

— Ясно, спасибо. Вы сейчас собираетесь туда?

— Собираюсь. Погодите! А что, ей действительно можно вернуть магию? Сулей говорил — это зависит от того, каким способом ее забирали.

— Можно, — подтвердил Ландау. — Придется заплатить определенную цену, но для Станислава это ерунда.

Он говорил спокойно, но прозвучало зловеще. Если бы фразу увенчал злодейский смех, Алиса бы не слишком удивилась.

— Теперь насчет вашей проблемы, — продолжил собеседник. — Вы с ним об этом не говорили? Не спрашивали, вспомнил ли он что-нибудь?

— Нет. Он ведет себя, как будто ничего не было. Как с обычным человеком…

— Вот и спросите, — посоветовал Ландау. — Посмотрите на его реакцию. Только лучше спрашивать, когда он будет свободен, иначе он спрячется за делами.