Мысленно покрутив себе пальцем у виска и отогнав прочь дурацкие мысли, которые все никак не хотели улечься в более-менее приличном порядке, я выбралась в коридор и постучала в дверь Ксюшиной комнаты.

— Можно?

— Можно! — отозвалась Ксю.

Саша вторил ей кашлем.

Я осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Потом, убедившись, что меня действительно не выгонят, и вправду зашла и горестно вздохнула, осматривая печальную картину.

Александр растянулся на кровати, укрытый по меньшей мере тремя одеялами и одним компрессом. Щеки у него были красные, нос тоже. Кашлять он, впрочем, перестал, просто с подозрением смотрел на него, словно присматривался, не прихватила ли я с собой, скажем, косу, чтобы унести его в мир иной.

— Мне плохо, — умирающим голосом сообщил мне он, скорбно вздохнул и закрыл глаза. Я хотела сказать, что он не выглядит как человек при смерти, но подумала, что, возможно, этот лихорадочный блеск в глазах — плохой признак.

— Вчера влез в снег, но не сказал мне об этом, — сообщила Ксюша. — Промок насквозь, а только дома обнаружили! Теперь вот кашляет. И что мне делать? А вдруг это обычной простудой не закончится? Мало ли, что может случиться? Воспаление! Саш, ну вот как можно быть таким безответственным?

— Кхе, — отозвался Александр.

— Молчи! — обвинительно заявила Ксения. — Сейчас пойду еще теплого чая сделаю. Будешь пить.

— Но я больше не могу!

— Сможешь! — решительно возмутилась она. — Если тебе чаи не помогут, что мне тогда делать? Крылья отрастить, чтобы отрастить тебя в больницу?

— Вот помру, будешь тогда скорбеть, — проворчал Саша.

— Не помрешь. Тридцать семь и пять — пока что не смертельная температура, — скривилась Ксю. — Спи! — и решительно подтянула одеяло повыше.

Она поднялась со своего места и с таким видом прошла мимо кровати, словно Саша уже попытался заказать надгробие онлайн. Впрочем, некоторые мужчины просто поразительны, когда болеют. Может быть, Александр тоже к таким относился?

Я последовала за Ксюшей в коридор. Оставаться с Александром наедине мне не хотелось, тем более, в спину полетело уничижительное кашлянье и громкое чиханье.

В коридоре уже стоял Назар. К болезному он заходить не спешил, только вопросительно изогнул брови.

— Простудился, — сообщила Ксюша. — Понятия не имею, что с ним делать. Врача бы ему… Но где найти врача, если вокруг один сплошной снег?

??????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????? — Врача, врача… — протянул Назар. — С врачом тут действительно проблемы. Вроде идет потепление, по интернету передают, что скоро и сюда снегоочистительная техника доберется.

— Скоро — это когда? — требовательно поинтересовалась Ксю.

Вместо этого Исаев лишь продемонстрировал экран мобильного. «Скоро», по мнению какой-то местной газеты — не деревенской, разумеется, а районного центра, — было дней через пять. Столько времени ждать снегоочистительную технику с больным Сашей, конечно, было не с руки.

— Значит, пока у нас из лекарств только жалкий запас из аптечки и горячий чай. Спасибо хоть нормальное жаропонижающее есть, если вдруг температура подскочит, — скривилась Ксю. — Черт! Я вообще в этом ничегошеньки не понимаю!

Я сочувствующе взглянула на нее. Ситуация отнюдь не из приятных; я была противницей самолечения, но понимала, что другого выхода не будет.

Ксюша сейчас, впрочем, казалась больше злой, чем встревоженной. Скорее всего, одна эмоция перебивала вторую.

Тяжело вздохнув и пробормотав себе под нос еще несколько ругательств в сторону Сашиной безответственности, она решительно направилась на первый этаж. Я последовала за нею.

— И как вы так умудрились? — поинтересовалась у Ксю, пытаясь хоть как-то уменьшить напряжение.

Она пожала плечами.

— Саша как большой ребенок, честное слово. Увидел какую-то белку, полез фотографировать. Мало того, что чуть не свалился с дерева, так еще и снега за шиворот налетело. Теперь вот сама видела, что творится. Кашляет так, как будто он болеет не один день, а уже по меньшей мере неделю, — Ксюша поежилась. — А я правда не знаю, что делать. Мне совсем не улыбается, если он вдруг разболеется еще сильнее! Ты знаешь какие-то таблетки против кашля?

— Знать-то я знаю, — покачала головой я, — но где их тут купить?

— Может, у Вити и его друзей что-то есть? Или у других туристов? — с надеждой поинтересовалась Ксю.

— Ты сама-то в это веришь?

— Не особо, — честно отозвалась она, включая электрочайник. — Вообще, эта зимняя сказка — самое глухое место, где я когда-либо в жизни была. Не знаю, чем мужики думали, когда ее выбирали. Не могли, что ли, остановить свой выбор на каком-то курорте? Их разве мало? Нет, глухая деревушка…