Кажется, Фаар приблизился. Ощутила, как приподнял её руку, разглядывая ладонь. На которой уже не было дневного шрама. Девушка глянула ему в глаза, но он лишь молча поднялся. Тяжёлые веки закрылись, мысли в голове возникали с трудом, а исчезали на удивление быстро.

Шорох, затихающие шаги. Снова открывать глаза сил не было, но судя по звукам, один из стражей остался и устраивался теперь на ночлег. Предводительница ещё хотела предложить, чтобы он договорился с Кадимом и охранниками Китильи об очерёдности дежурств, когда ощутила прикосновение тёплых рук. Лунар аккуратно и почти неслышно укладывался рядом, Сафира непроизвольно повернулась спиной, и он тут же обнял, прижал её к себе. Где-то на краю сна всполохнул протест, однако девушка так и не проснулась до конца, чтобы его осознать.

Происходило ли что-нибудь ночью, на утро вспомнить не могла. Во всяком случае, Фаар больше не являлся, да и оставленный охранник, насколько она видела с утра, не казался встревоженным либо недовольным. Браслет не горел — камни выглядели, как и положено рубинам.

Лунар всё ещё лежал рядом, прижимая её к себе. Хотелось думать, это чтобы защитить, а не из желания доказать что-либо его светлости. Стражник же наверняка всё расскажет.

Под одеялом оказалось неожиданно жарко — то ли от присутствия воина, то ли от мыслей о нём. Сафира повернулась, разглядывая. Провела рукой по чуть колючей щеке. Не смогла отказать себе в удовольствии запустить пальцы в густой золотой поток. Нестерпимо захотелось поцеловать, однако сердце кольнул укол тревоги: а вдруг он не спит? Губы дрогнули в улыбке, или показалось?

Предводительница подняла голову, натолкнулась на взгляд Китильи, быстро встала, обулась. Поспешила к реке.

Какое-то время умывалась холодной водой, стараясь справиться со взбунтовавшимися эмоциями. Почему когда он рядом, хочется делать глупости вопреки рассудку?!

Вернувшись наконец, обнаружила, что в шатре вовсю идут сборы.

— … ну нет уж, я боюсь этого монстра! — возмущалась Китилья, и предводительница притормозила у полога.

— Что-то не верится, — хмыкнул Лунар.

— И вообще, это испортит мой имидж. Коль уж приехала на гнаране, то уезжать на коне, даже таком красавце, не к лицу.

Сафира решительно вошла.

— Что-нибудь случилось? — поинтересовалась.

— Ты же не будешь против, если Лунар полетит со мной? — взглянула на неё Китилья.

— Пусть летит, — буркнула Сафира, пожав плечами. Острое желание придумать что-нибудь иное перекрыл голос рассудительности: у Лунара коня нет, Китилья не умеет управлять гнараном и, похоже, на чёрного жеребца садиться не собирается.

Сафира отвернулась, собирая вещи и стараясь не вздыхать. Почему каждый раз, как ей захочется замечтаться, жизнь словно специально отрезвляет?

Вокруг шатров плыла утренняя тишина, лишь редкие слуги начинали суетиться у костров. Подданные во главе со своим монархом изволили почивать.

Сафира вышла, огляделась, отдала Кадиму мысленный приказ седлать гнарана. Обнаружила, что кое-кто из свиты всё же не спит.

— Возможно, дом леди Алтеи какое-то время будет защищать вас, — произнёс Фаар, — но я не советовал бы слишком полагаться на это.

— Дом? — предводительница обернулась к нему.

— Разумеется. Защитные заклинания предыдущей хозяйки, да и нынешняя добавила своих. Однако возможности лорда Хэла могут оказаться сильнее. Не хотелось бы, чтобы он застал вас врасплох, когда вы будете уверены в надёжности защиты.

В последних словах девушке почудился какой-то скрытый смысл, будто он имеет в виду не только защиту дома.

— Его величество не знает пределов возможностей своих подданных? — поинтересовался выходящий из шатра Лунар. Фаар смерил его тяжёлым взглядом, от которого Сафире захотелось сбежать. Предводительница по привычке расправила плечи, подняла повыше подбородок.

— Если бы мы могли знать всё, что скрывает душа каждого, — отозвался его светлость, почему-то взглянув на Сафиру, — управление королевством стало бы самым простым делом в мире. На мой взгляд, вы совершаете ошибку. Здесь самое подходящее место для Хэла: в дом леди Алтеи он не попытается проникнуть, пока не будет уверен в собственных силах. А если леди Альяра решит переночевать где-нибудь в незащищённом месте, это может его насторожить.

— Разберёмся, — отозвался Лунар.

— Насчёт браслета не передумали? — Фаар бросил взгляд на её ногу. Сафира качнула головой:

— Нет.

— Удачного пути. Загляну к вам на днях.

Его светлость не спрашивал — уведомлял. Сафира чуть склонила голову, принимая к сведению.

— До встречи, — повернулась, направилась к загону. Хотелось поскорее улететь. А ещё нужно было покормить гнаранов энергией, проверить, как разгорается огонёк жизни. Все эти выяснения представлялись ей глупыми: сила сама укажет путь. Впрочем, Талим не пренебрегал и продумыванием ситуаций. Но он столько всего знал и умел!

Кадим уже оседлал Лунарова гнарана и сейчас возился с чёрным конём. Кажется, разговаривал — предводительница мимолётно удивилась этому, но высказывать ничего не стала. Приблизилась, раздавая гнаранам по волосине. Похоже, каждому из них выпадала всегда определённая: Лунарову серебристая, Кадимову чёрная. Животные ласково ткнулись в руки, Сафира поймала себя на улыбке: оказывается, и от них может исходить тепло, ответная нежность. Почти как от Карата.