— Я сейчас к вам отправлю и второй отряд! — крикнул в трубку Ринат. — Ваша задача продержаться две минуты любой ценой! Помощь придёт! Третий на подходе! Автобусы с орками доехали уже?

— Подъезжают! — донеслось из трубки. — Ах ты падла! Стоять!

Мы услышали из динамика звук, похожий на глухой удар, затем послышался треск, и сразу же наступила тишина.

Глава 14

Нельзя сказать, что новости сильно удивили, всё же я ожидал подобного развития событий, но всё равно удар оказался чувствительным. И ещё меня удивило, что мы не услышали, как взорвали стену. Если взрыв был настолько мощным, что разнёс двадцать метров ограждения, то его должны были услышать в любой части Свободного Города. Впрочем, шум битвы и ощущение некоторой эйфории от смены статуса квеста могли немного притупить восприятие.

— Я поехал в Штаб! — сказал Ринат и стал спускаться с вышки.

— Все поедем, — ответил я ему. — Ты же знаешь, что главное для нас не штаб.

— Знаю, — ответил майор. — Потому и еду, чтобы на месте оценить обстановку. Здесь мы пока держимся, но в случае необходимости придётся отсюда забрать часть людей и перебросить их к штабу.

— Не хотелось бы, конечно, — сказал Генрих. — Пацаны здесь реально еле держатся.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — ответил Ринат. — В первом отряде у меня одни бывшие спецназовцы и ГРУ-шники. Там шестьдесят человек, но каждого смело можно считать за пятерых. Только вот вопрос: ограничатся ли орки всего тремя автобусами и по сколько штук их в каждом набито?

— Узнаем по ходу дела, — сказал Мирон. — Пойдёмте уже быстрее!

Мы спустились с вышки, добежали до стоявшей примерно в километре от места боевых действий машины, запрыгнули в неё и поехали в штаб. Все, кроме Генриха. Он остался, чтобы в случае чего наши силы в этом месте не остались без руководства, потому как никто из нас не был уверен, что активно участвующие в побоище Сибиряк и Колян всё ещё живы.

Минут за семь доехали до штаба, ещё на подъезде увидели, что он горит. Всё пространство вокруг штаба и храма Магии Огня было забито отчаянно дерущимися людьми. Три больших автобуса стояли неподалёку, и судя по количеству сражающихся все наши отряды тоже прибыли на место.

Сначала было трудно разобрать, кто с кем бьётся, учитывая, что никакой формы не было ни у одной из сторон. Затем я заметил, что у бойцов противника на лицах были полосы либо крови, либо красной краски. Возможно, это являлось частью ритуала, возможно, было маркером, что позволял приехавшим на автобусах отличать верных Шаману орков Свободного Города от защитников штаба. А может, и то и другое вместе.

Штаб горел, но пока ещё ситуация в этом плане не была критической. Огонь охватил лишь правое крыло здания и пока только первый этаж. Несмотря на жестокий бой, наши ребята пытались тушить пожар. Пока им удавалось хотя бы остановить его распространение. Сильно им никто не мешал, возможно, потому что основное сражение шло за храм.

Мы с Ринатом, Мироном, Катей и четырьмя охранниками подошли к штабу на расстояние примерно ста метров. Ближе подходить было опасно. По большому счёту и на этом расстоянии находиться не следовало, но сидеть где-то укромном месте и ждать, пока всё закончится, я не мог. Никто из нас не мог. Время от времени мы переглядывались с Мироном. Как же в этот момент мы друг друга понимали. Каждому хотелось броситься в драку, но осознание риска и совершенно невозмутимые Катя и Ринат не позволяли нам этого сделать. Мирон время от времени поглаживал лезвие своего боевого топора, словно успокаивал его, обещая, что в следующий раз они уж точно в стороне стоять не будут.

Через некоторое время со стороны границы города и пробитой стены подъехал большой чёрный внедорожник. Он остановился в ста метрах от штаба.

— А это что ещё за наблюдатели? — пробурчал Ринат, тоже заметив автомобиль.

— Думаю, та самая Адаманта, — ответил я. — Видимо, тоже хочет лично проследить за ситуацией.

— Сейчас бы РПГ, — задумчиво произнёс Мирон.

Неожиданно чёрный внедорожник сорвался с места и направился в нашу сторону. Не доехав десяти метров, остановился. Мы все обнажили оружие, а охранники прикрыли меня своими телами. Сквозь полностью затемнённые стёкла было невозможно разглядеть, кто находился в машине. Возникла неприятная пауза секунд на пять, после чего Катя сделала несколько шагов вперёд и достала что-то из кармана. Мне показалось, будто она выдернула чеку из гранаты и резко бросила её под машину. Внедорожник, включив заднюю скорость, с большой пробуксовкой отъехал метров на десять, развернулся и умчался на то место, где стоял ранее. Мы все приготовились услышать взрыв, но ничего не произошло.

— Что ты им бросила? — спросил Ринат.

— Яблоко, — ответила Катя и пошла к месту, где стоял внедорожник.

Мы просто не могли не рассмеяться, а Катя подобрала своё яблоко, вытерла его о рукав куртки и как ни в чём не бывало откусила от него большой кусок.

— Интересно, зачем они подъезжали? — спросил Мирон.

— Думаю, читали наши статы, — ответил Ринат. — Заметили группу людей наблюдающих со стороны за боем и решили выяснить, кто это.

— Если выяснили, то нам надо отходить, — сказала Катя. — Причём быстро!

Она оказалась права, почти сразу же от толпы, дерущейся у храма, отделилась группа примерно из двадцати человек и побежала в нашу сторону. Катя тут же выбросила яблоко, крепко сжала рукоять своей катаны и крикнула:

— Макс, Мирон, убегайте! У вас есть минута форы! Мы постараемся их задержать как можно дольше!

— Я никуда не побегу! — мрачно произнёс Арбатов, потрясая в руках топором. — Никогда не бегал и сейчас не побегу!

— Не дури! — сказал ему Ринат. — Ты офицер, а не мальчишка! Уходите быстрее!