Бах!

Готово. Предпоследний выстрел хоть и вскользь, но зацепил волка. Он замедлился, не успел дернуться, и я его добил.

Вот и все! Еще одна стая легла.

Итого у нас уже три шкуры и еще четыре на подходе. Отлично! День прожит не зря.

Снять еще четыре шкуры мне удалось часа за три. Пока решили ни одной не жертвовать Литвину — успеет еще прокачать навык. На данный момент надо все делать аккуратно — быстрее отобьем вложения. Точнее, я отобью. Мои товарищи по отряду просто быстрее получат свои честно нажитые.

— И что теперь? — поинтересовался Литвин, когда я возился уже с последней шкурой.

— Теперь? — слегка озадаченно переспросил я, пытаясь сообразить, что он имеет ввиду.

— Ну, я так понимаю, эти шкуры уже будем пытаться обрабатывать, или как? — объяснил Литвин.

— А…да! — я кивнул. — Найдем место поудобнее и поукромнее и приступим.

Место поукромнее и поудобнее нашлось далеко не сразу. Но нашлось. Мы направились к речке, и перешли ее вброд. Впереди уже показалось огромное озеро, которое Литвин с ходу назвал морем (но я-то видел карту и знал, что это вовсе не море). Не дойдя до него с километр, наткнулись на каменную гряду, заканчивающуюся обрывом.

Мы двинулись вдоль берега, надеясь найти более-менее безопасный спуск, но в результате, вроде как, обнаружив звериную тропу, вышли к пещере среди скал.

— Отличное место! — хмыкнул я. Место действительно было удобным — в пещере могли спрятаться мы сами, «НКВД» поставить там же. Он, вроде как, вонять не должен. Во всяком случае, в моей голове не было никаких сведений касательно этого. А затем можно будет достать шкуры, растянуть их на сучьях и оставить сушиться. Достаточное количество свободного места перед пещеркой с легкостью позволяло это сделать. В общем, идеальный бивак для отдыха и подготовки шкур в промышленных масштабах.

— Стоп! — Шендр стал, как вкопанный, и остановил нас с Литвином.

— Что?

— Слушайте!

Мы затаили дыхание, вслушиваясь в окружающий нас мир.

Я прислушивался, как мог, но не услышал совершенно ничего такого, что бы меня насторожило. Судя по взгляду Литвина — он тоже.

— Вы что, ничего не слышите? — шепотом спросил Шендр.

— Нет, — покачал головой Литвин.

— Нет, — так же шепотом ответил я.

— Слушайте — в пещере кто-то есть. Слышите, сопит?

Мы вновь замерли, вслушиваясь. И в этот раз мне действительно удалось услышать нечто, очень напоминающее тяжелое дыхание какого-то немаленького зверя.

— Валим? — судя по лицу и вопросу Литвина, он дыхание тоже смог услышать.

— Надо ведь хотя бы посмотреть, кто там! — Шендр явно был настроен воинственно.

— У вас в случае чего есть возможность ожить в клоне. А мне что прикажете делать? — возмутился я.

— С чего ты взял, что там кто-то настолько большой и неубиваемый? — удивился Шендр.

— А ты слышишь, что сопит только одно существо? — аргументировал я. — Кто у нас на Земле в пещере обычно ютится? Или барс какой-нибудь, или медведь. В любом случае проблем не оберемся.

— Оберемся! — сказал Шендр и достал небольшой металлический цилиндр. — Этим можно отвлечь. Пока он в чувство придет — завалим. В три ствола-то!

— Это что такое? — спросил я, разглядывая предмет в его руке.

— «Вспышка».

— Название ни о чем не сказало.

— Ну, граната световая. По глазам долбит так, что минут десять проморгаться не сможешь! — пояснил Шендр.

— Откуда у тебя граната? — поинтересовался Литвин.

— Про караван с кошельками, помнишь, рассказывал? Вот. Законники меня освободили, я им немножко помог и мне, в качестве спасибо и по доброте душевной, парочку вещичек подкинули с дохлых маров.

— Ясно, — кивнул Литвин, — уверен, что сработает?

— Ну, у меня их три было. Одну использовал — сработала как часики.

— Ладно, можем попробовать, — согласился я.

— Только смотрите, как кину — закрывайте глаза. А лучше вообще отворачивайтесь.

Мы с Литвином кивнули.

— Теперь главный вопрос, — продолжил Шендр, — как разбудить тварюгу, и как ее выманить наружу? При этом желательно остаться живыми и на безопасной дистанции.

— А вот так! — хмыкнул Литвин, поднял камень и забросил его прямо в пещеру.

— Да твою-то мать! Литвин! — зашикал на него Шендр и тут же замолчал. Из пещеры донеслось глухое рычание, скрежет, будто кто-то там, внутри, трет стекло вилкой или ложкой. Мы дружно поморщились, настолько звук был неприятным.