Затем палец нашел его задний проход, сильно надавил, проникая внутрь. От боли он замычал в кляп. Палец так же резко вынули. Кто-то сказал что-то, он не расслышал. За замечанием последовал взрыв хохота.

Затем тишина.

Пятьдесят лет прошло, а он все еще помнил эту тишину.

Его схватили за запястья, лодыжки, бедра. Их руки были словно тиски. Одна рука прижала его голову к столу так, что он едва мог дышать.

Пальцы завладели его членом и резко дернули его вверх. Когда они уверенно взялись за мошонку, его охватила паника. Женский голос сказал:

– Нам не разрешено убивать его, но мы можем сделать так, что род Сароцини прервется на этом мальчике. Он будет последним.

А потом боль, да, боль в паху от ножа. Чувство невосполнимой потери, наложившееся на эту боль.

И слова Десятой Истины: «Тот, кто не чувствует жажды мщения, не ощущает боли». Эти слова он вспоминал всякий раз, когда думал о той боли.

Ни одна женщина в этой деревне не смогла понести с 1947 года. Аяне-д-Аннунци стала вымирать. Ее прозвали Деревней проклятых. Никто не понимал, что с этим местом – то ли что-то не так с водой (выше по течению текущей в долине реки располагался химический завод), то ли во всем виноват рацион местных жителей, в котором преобладали грибы. Ученые, озабоченные уменьшением плодородности почв в мире, проводили здесь множество различных исследований, и деревня Аяне-д-Аннунци часто упоминалась в научных журналах, но единого мнения о том, что здесь происходит, так и не было достигнуто.

Мистер Сароцини думал обо всем этом, глядя через стол на Кунца.

Думать об этом необходимо.

– Чем была твоя жизнь, когда я нашел тебя, Стефан? – спросил мистер Сароцини.

– Ничем.

– А как я нашел тебя?

– Голос, – сказал Кунц. – Вам был Голос.

– И что этот Голос сказал мне?

– Он сказал вам, где я живу, где найти меня, – в деревушке в Танзании. Мне было пять лет.

– И что ты делал в этой деревушке?

– Учился охотиться.

– И?..

– И все.

– Как ты появился на свет, Стефан?

– Я не знаю.

– Тебя родила монахиня из христианской миссии, изнасилованная егерем-проводником?

– Я не знаю.

– Почему егерь изнасиловал монахиню?

– Я не знаю.

– А что ты знаешь, Стефан?

– Что вы пришли за мной.

– Почему я пришел за тобой?

– Вас направлял Голос.

– Почему меня направлял Голос?

Кунц опустил глаза на ворсистый персидский ковер.

– Потому что я был вам нужен. А особенно вам нужен был ген, который я ношу. Редкий ген.

– Направляет ли Голос тебя, Стефан?

– Вы направляете меня.

– Кто ты, Стефан?

– Младенец, плачущий в ночи. Младенец, плачем просящий света и не имеющий иного языка, кроме плача.

– Кто это написал, Стефан?

– Теннисон.

– Кто твой свет, Стефан?

– Вы.

– Тогда почему ты не подчиняешься мне? Почему ты ослаб? Потому что обрел любовь? И всему виной наслаждения плоти? Жажда наслаждений плоти ослабляет тебя, жажда наслаждений, каждую секунду бодрствования присутствующая в твоем мозгу, ведущая тебя, правящая тобой, обладающая тобой?

У Кунца не было ответа.

– Почему ты позволил Сьюзан Картер улететь в Америку, Стефан?

– Потому что вы так мне велели.

– А ты всегда подчиняешься мне? Ты что, как собака Павлова? Выделяешь слюну, когда я нажимаю кнопку звонка?

Кунц поколебался – а это, он знал, было опасно.

– Да.

– Ты выделяешь слюну, думая о Сьюзан Картер?

Кунц снова поколебался.

– Я отдал тебе Сьюзан Картер, Стефан, а ты отпустил ее в Америку.

– Мои возможности ограниченны, – ответил Кунц. – Я не мог остановить ее.

Лицо мистера Сароцини озарилось зарницей гнева.

– Один телефонный звонок в аэропорт, Стефан. Если бы ты сообщил им, на каком она месяце беременности, они бы не пустили ее на борт. Это все, что тебе нужно было сделать.

Кунц опустил голову. Ему было стыдно.

– Посмотри на меня, Стефан. Любовь ослабила тебя.

Кунц поднял голову и посмотрел на мистера Сароцини, но ему по-прежнему нечего было сказать. Мистер Сароцини мог бы его похвалить за то, что он отреагировал в мгновение ока и немедленно послал в Америку Майлза Ванроу – доктор был в Америке еще до того, как самолет Сьюзан приземлился. Но сейчас не время для похвалы.

– Ты понимаешь, что этому ребенку нужен будет отец, Стефан?

Кунц нервно глотнул.

– Да.

– Я выполнил то, что обещал, Стефан?

– Да.

– До конца выполнил?

– До конца.

– Так, как ты мечтал?

Кунц ответил:

– Вергилий писал, что сны-мечты приходят к людям через двое ворот. Одни ворота из рога, сквозь них приходят вещие сны. Вторые сделаны из слоновой кости, и через них боги посылают людям ложные сны.

– И через какие ворота тебе пришел сон-мечта о Сьюзан Картер?