Вернулся с двумя кружками, поставил их на стеклянный столик, щелкнул пультом от телевизора и повернулся ко мне. Я знала — он хочет спросить, что будем смотреть. Но ритуал был нарушен, потому что Вадим нахмурился и удивленно протянул:

— Что с лицом?

— Ударилась, — ответила я Вадиму и мысленно чертыхнулась.

Ну вот, ком лжи начал собираться. Надеюсь, следы зубов он не рассмотрит, учитывая, что синяк стал еще больше и слился в одно пятно. Если не присматриваться, конечно. Но, когда начнет сходить, будет хуже.

Вадим помолчал, а потом спросил:

— Может, к врачу?

— Из-за синяка? Не стоит.

Только, возможно, прививка от бешенства не помешала бы.

— А что случилось?

Бля, ну что его сегодня пробрало? И что сейчас делать? Опять врать? Хорошо хоть шею прикрыла гольфом под горло.

— Стул в кабинете сломался. И с него — прямо подбородком о стол.

И что за чушь мне пришла в голову? Может, я не бешенством от Ратомского заразилась, а психическим расстройством?

Телефонный звонок отвлек меня от почти параноидального бреда.

Калинин.

— Слушаю, — ответила я на звонок, хотя хотелось начать разговор со слов: «Сволочь ты, Андрей Григорьевич».

— Ну и по какому поводу ты меня целый день доставала?

— Давайте завтра встретимся.

— Дина, я уезжаю на конференцию в Москву, у тебя есть только сегодняшняя ночь.

— Я приеду?

— Через полчаса буду дома.

Пока он вернется, я точно сдохну от любопытства, если раньше меня Ратомский где-нибудь в лесочке не прикопает. Нет, однозначно паранойя начинается. Я начала переодеваться, когда Вадим, который сегодня вообще мои мысли не занимал, спросил:

— Может, ты скажешь, куда собираешься на ночь глядя?

— У меня дела, скоро вернусь. Я к Калинину. Он завтра уезжает, а у меня к нему срочные вопросы по работе.

Муж кивнул, вроде бы успокоившись. А я, послав ему воздушный поцелуй, схватила ключи от машины и выскочила за дверь. Какой-то непонятный азарт гнал меня вперед, я в нетерпении барабанила пальцами по рулю на светофорах, кусала нижнюю губу и почти выдохнула, въехав во двор дома Андрея.

Так, для начала успокоиться. Слишком много эмоций…

В подъезд я входила минут через пять, надеясь, что выгляжу хотя бы не так, что готова разорвать Калинина.

— Привет, — Андрей стоял в дверях и внимательно смотрел, как я подхожу, а потом усмехнулся: — Что, эти старые сплетницы с кафедры уже донесли?

Проницательный, как всегда. И почти до апатичности спокойный. Да, мне до такого мастерства еще далеко. Ходить вокруг да около нет смысла, так что я просто кивнула. Калинин пропустил меня в квартиру, и мы привычно оказались на кухне друг напротив друга.

Андрей молчал. Нет, он не станет говорить первым. Сейчас главное — задать правильный вопрос.

— Почему ты не сказал, что Алиса была твоей женой?

— Она не была мне женой.

Я скрипнула зубами. А хотя кто я такая, чтобы он тут передо мной душу обнажал? Точно не его консультирующий специалист.

— Андрей, ты издеваешься? — вздохнула я печально.

— Не пытайся мною манипулировать, Дина, я лично тебя учил всем приемам. Твои печальные глаза и жалостливый тон меня не проберут. Да тебе и не идет такое выражение лица.

— Расскажешь?

Да, в кошки-мышки в Калининым играть бесполезно. Поэтому простой вопрос. Андрей расскажет столько, сколько посчитает нужным. А если что-то захочет утаить, то и клещами не вытащишь.

— Ты раздуваешь какую-то мелодраму на пустом месте. Какая разница, с кем я трахался почти двадцать лет назад?

— Циник, — констатировала я.

— Вот давай обойдемся без твоих заключений, — поморщился Андрей. — Что ты сейчас хочешь от меня услышать? Слезливую историю? Увы, — развел он руками. — Все как обычно. Познакомились, прониклись симпатией, стали спать. Алиса залетела, чему я не особо обрадовался. Даже предложил ей сделать аборт. Истерику, как сделали бы некоторые женщины в таком случае, она не закатила. Мы достаточно спокойно поговорили и поняли друг друга. Я не отказывался от ответственности, но и от мысли о радостях семейной жизни сводило зубы. Потом Алиса попала в больницу. Ребенка не спасли, она была на длительной реабилитации, и после выписки из больницы мы вполне по-дружески разошлись. Так бывает, Дина.

В принципе, Калинин мне ничего нового не рассказал. Все это я уже слышала от коллеги Алисы. Ну, вот же жук. Вроде бы и говорит, ничего не утаивает, но прекрасно понимает, что это все я уже знаю.

— И сейчас, когда ей понадобился психолог, ты почему-то направил Алису ко мне?

— Ну ты же понимаешь, что сам я не мог ее консультировать, потому что не был бы объективным. И отправил ее к тебе я не сразу.

Что ж, складная история. И да, по сути, совсем обычная. Просто в ней слишком много личного и слишком много совпадений.