– Похоже, мы тут остались надолго, - как всегда, без каких-либо эмоций заметила Йолана.

А я наставил наручные излучатели на синт-медика.

– Тойо, - короткая спица ракеты зависла над моим плечом, - как им удалось освободиться, если без дурацких рассуждений?

– Мне откуда знать, - в ответе медика промелькнуло раздражение, хотя спокойная интонация не менялась. – Передача шла постоянно, оба были зафиксированы, я всё проверил. Но, значит, что-то упустил, говорю же, оболочку мозга я не сканировал, это бесполезно.

– Хорошо, предположим, они как-то запихнули туда нейтрализаторы и подделали сигнал, - согласился я. – А почему штурмовик взорвался?

– Тысяча километров, - тут уже появилась нотка сомнения. – Аппарат не мог удаляться от меня больше чем на тысячу, страховка на случай, если от нас попытаются избавиться. Но он не должен был взорваться, только отключить двигатель, что-то пошло не так. Дэн!

– Что-то в последнее время с тобой часто что-то идёт не так.

– Дэн!

– И имя моё от повторений только лучше становится.

– Не мог бы ты подхватить Тойолу? Похоже, она летит мимо.

Я продолжал держать Тойо на прицеле, и одновременно посмотрел на болтающуюся в космосе женщину. Она двигалась к астероиду, но в него не попадала, сопло двигателя на её скафе болталось, не позволяя нормально корректировать курс. Расстояние между нами уже сократилось до километра, и женщина вполне могла улететь дальше, в пустоту, а там, через какое-то время, её уже трудно будет догнать и поймать.

И к тому же, когда-то она помогла спасти мне жизнь.

Двигатель в десантном скафе выдал мощный импульс, и меня выбросило в открытое пространство. Теперь, если что-то пойдёт не так, нас там будет двое. Как только я вышел за туман от поднятого реголита, связь с оставшимися на астероиде синтами пропала, а с Тойолой – появилась.

– Прекрати крутиться, - посоветовал ей я. – Сама ты всё равно ничего не сделаешь, прикреплюсь через несколько минут.

– Отлично, - невозмутимо ответила медик. – Это моя вина, надо было проверить этих двоих ещё раз, я видела затемнение в оболочке, но капсула сочла, что это от выстрелов. Нейтрализаторы – редкая и дорогая штука.

– Почему штурмовик взорвался?

– Не знаю. Должен был просто отключиться двигатель и корректоры курса, потом, через час – включиться для торможения, и штурмовик бы вернулся обратно, ну почти, Тойо только сделал вид, что отключил удалённое управление, у меня был дублирующий канал. Но он тоже вырубился.

– И вы решили, что, раз штурмовик потерян, то лучше его взорвать?

. Нам не было смысла никого убивать, пойми, каждый человек, каждый синт на счету, в одиночку, даже вдвоём здесь не выжить, даже если мы проникнем на эту базу, никто не знает, что там есть, может быть, за столько тысяч лет не осталось ничего.

Я примерно представлял, что мы найдём, но обнадёживать не стал.

. То, что вы с Йоланой чудом спаслись, это был наш шанс, - продолжала синт-медик.
– Всё произошло неожиданно, внезапный бунт, смерть сенарда и Лоуга, Майло успел убить их, и меня заодно подстрелил. Наверное, мы просто растерялись. Этот штурмовик Тойо держал про запас, на случай, если придётся бежать, специально делали так, что то одного, то другого узла не хватало для замены, за много дней повода не было, а тут вдруг пригодился.

– Для двух врачей вы слишком предусмотрительные, - я накинул на Тойолу энергетический захват, теперь мы летели в сцепке, и потихоньку начал менять вектор движения, возвращая нас к астероиду. – Может, вы шпионы замаскированные?

На этот вопрос синт-медик отвечать не стала, а я и не настаивал. В конце концов, это личное дело каждого. Сейчас меня больше волновал тот, кто лежал в челноке, станция мятежников превращалась из заброшенного тайного убежища в проходной двор. Следом за федералом могли прилететь его друзья, а с ними и новые проблемы.

– Сядем на остром конце, - я проверил захват, подтянул Тойолу поближе. – Там до расщелины где-то километр, не придётся через пыль опускаться. Смотри, какой туман висит.

Потревоженный реголит накрывал расщелину словно шапкой, сначала челнок постарался, а потом мы ещё добавили, при такой силе тяжести осядет он лет через двести, не раньше. С этого ракурса Тойо и Йолану видно не было, мешали нависшие края впадины, и связи с ними тоже не было, я даже подумал, что могли бы два зонда соединить чем-то вроде страховочной нити, и сделать ретранслятор, но потом решил, что не моя это проблема. Пока. Если ход открыт, то отношения уже внутри будем выяснять, а если нет – наличие или отсутствие связи этому не поможет.