Шрифт:
И сейчас на него напала внезапная ностальгия по малой родине.
— А помнишь нашу речку- вонючку? — радостно восклицает он.
И, как бы невзначай, обнимает меня за плечи.
— Прикинь, помню. Я уехала оттуда две недели назад!
— Круто. Я там в детстве чуть не утонул.
— Ну и дурак.
— Ага.
Он смотрит на меня восхищенными глазами и мне приходится вырываться из его объятий, чтобы избежать новых попыток поцелуев.
Когда мы, наконец, добрались до моей квартиры, и он завел речь о зарядке, я сразу заподозрила обман. Но подумала: ладно, пусть зайдет. Поиграю с ним немного и выгоню.
Спать пока не хочется, так хоть развлекусь.
— Ну и где твоя зарядка? — спрашиваю я Никиту.
— Где-то здесь…
Он ходит по комнате, демонстративно озирается по сторонам, падает на пол, заглядывает под кровать. А меня все больше терзают смутные сомнения…
— Ты не находила? — с совершенно невинным видом спрашивает он. — Черная такая.
— Не-а. Не находила.
— Странно…
Я сижу на подлокотнике кресла и наблюдаю за ним. Если сначала я еще сомневалась, то сейчас последние сомнения исчезли. Зарядки нет и не было. Никита просто очень хотел зайти ко мне…
Интересно, зачем?
Я слышу стук. Стучат в дверь на границе квартир. Значит, это Артур.
Он не ждет разрешения войти — вламывается через несколько секунд после стука. Я выглядываю в коридор, чтобы встретить незваного гостя.
Я не видела его целую неделю… И мне кажется, что он как-то изменился. Не такой строгий, приглаженный и застегнутый на все пуговицы, как обычно. Но взгляд Зевса все еще при нем.
Все-таки, когда видишь оригинал, копия сразу бледнеет…
— Привет, — произносит Артур, пристально изучая меня своими грозовыми глазами. — У тебя есть яйца?
— Яйца? — поражаюсь я вопросу.
— Да, яйца. Извини за беспокойство, но очень надо.
Я собираюсь пойти к холодильнику. Но тут из комнаты появляется Никита.
— А, вижу, что есть, — спокойно выдает Артур.
— А что, твои уже совсем ни на что не годны? — гогочет Никита.
— Из моих омлет не получится. А вот из твоих… возможно.
Артур в своем репертуаре. Даже когда несет заведомую дичь, выглядит серьезным и совершенно невозмутимым.
— Пошли, — командует он Никите.
— Куда? — удивляется тот.
— Делать омлет.
— Ты что, совсем охренел?
Артур подходит к Никите, берет его за плечо и тащит за собой. Тот пытается вырваться, но силы не равны. Никита выше, но Артур шире в плечах и мощнее. Он тащит своего младшего родственника, как пес тащит щенка — легко и небрежно.
Открывает дверь в свою квартиру и заталкивает его туда.
— А как же яйца? — спрашиваю я.
Он оборачивается, еще раз окидывает меня своим грозовым взглядом, и произносит:
— Эти я тебе категорически не рекомендую.
Дверь захлопывается, я стою и растерянно пялюсь на нее.
Что это было вообще?
Глава 18
Ева
Вчера Артур увел у меня Никиту и больше я его не видела. Что он с ним сделал, хотела бы я знать? Посадил в кладовку и лишил сладкого?
Вообще Никите можно только посочувствовать. Иметь такого властного дядю — не сахар.
И да, у них странные отношения. С одной стороны, Артур ему вроде отца. Настоящего у Никиты нет — сбежал, когда он был совсем маленьким. С другой стороны — Никита пытается быть с Артуром на равных. Иногда у него получается. А иногда нет…
Время от времени Артур начинает командовать, и не подчиниться ему практически невозможно. Он уверен, что лучше знает, где его племянник должен учиться, чем подрабатывать и с кем общаться.
Так что ссоры между ними не редкость.
При этом Никита очень благодарен Артуру за все. Когда они с мамой перебрались в Москву, Артур сначала поселил их у себя, а потом купил квартиру. Он и другим сестрам помог всем, чем можно, от жилья до работы.
Я так поняла, он у них — глава семейства. Обо всех заботится. И все его слушаются…
Вот и Никита вчера ушел и не вернулся.
А я, может, хотела провести с ним приятный вечер!
Хотя, с другой стороны, если его так легко увести — то зачем он вообще мне нужен?
Мы с Артуром встретились у дома. Я шла из магазина, он — не знаю, откуда.
— Ты вчера вероломно лишил меня вечернего развлечения! — заявляю я вместо приветствия.
— Ты про Никитоса? — спрашивает он.
И забирает у меня тяжелый пакет.
— Ага, — отвечаю я. — Про него. Мы собирались повеселиться. И тут вломился ты своими яйцами…