— Твой кофе готов! — слышу я голос Артура.

Он вломился на мою территорию без стука и не спросив разрешения! Пусть не в спальню, но в квартиру. А вдруг я тут голая хожу?

Все-таки он заставляет меня нервничать, когда нависает надо мной и как будто придавливает к земле своим тяжелым взглядом.

У меня был порыв выйти к нему в штанах и лифчике. Чтобы посмотреть на его реакцию. Но я не решилась. Все-таки я довольно стеснительна, несмотря на привычку провоцировать людей…

— Иду, — сказала я.

И надела домашнюю футболку.

Кофе был вкусным. А Артур… дико сексуальным.

Он тоже успел переодеться. И, судя по влажным волосам, даже принял душ.

Я тоже хочу в душ. Я успела лишь умыться. Пришлось смыть всю косметику — тушь размазалась, да и помада выглядела несвежей.

Как ему идет белая футболка! И длинные спортивные шорты, открывающие сильные ноги. Он ходит босиком, и я, впервые в жизни, пялюсь на мужские ступни с нездоровым любопытством.

Какой у него размер? Сорок шестой?

А там? Тоже все так внушительно?

Допивая кофе, я устраиваю себе экскурсию по его стерильной кухне. Белый и черный, сверкающие поверхности, безупречная, какая-то неуютная пустота.

— Ты тут операции проводишь? — спрашиваю я, трогая пальцем глянцевое покрытие стола.

— Бывает, — спокойно отзывается Артур. — Ампутирую курам конечности, делаю посмертное вскрытие горбуши.

Во время своего монолога он моет мою чашку из-под кофе. Которую я оставила на столе. Я бы сама ее помыла… И вообще, это странно.

Он, случайно, не маньяк?

— Никогда не видела, чтобы человек шутил с таким непроницаемым лицом, — замечаю я.

— Я не шучу.

— А людям ты ничего не ампутируешь? Я бы не удивилась, обнаружив у тебя в холодильнике отрезанную голову.

— Будешь много болтать — ампутирую тебе язык.

— И сваришь? Как Ганнибал. В сериале.

— Я не смотрю сериалы.

— Да? И как же ты живешь, бедняга?

Я бесцеремонно лезу в его холодильник. Отрезанный головы там не обнаруживается, но зато наблюдается большое разнообразие здоровой и полезной еды. Зелень, творог, куриные грудки. Никакой тебе копченой колбасы или эклеров!

Он точно маньяк.

Маньяк чистоты и здоровья.

— А где лимоны? — спрашиваю я.

— В нижнем ящике.

— Тут всего один.

— Тебе мало?

— Мне нет. А тебе — точно мало. Ты же ешь по лимону три раза в день. Чтобы никогда не улыбаться.

Я смотрю на него. Он сейчас близко, в полутора метрах от меня. Какие у него длинные и черные ресницы! Просто завидно. А глаза… Ну, о глазах я уже говорила.

И да, он не улыбается. Наоборот, хмурится. Хотя я пошутила.

Не бог весть какая шутка, но все же… Я не привыкла, чтобы люди так на меня реагировали!

Я вообще не привыкла общаться с такими хмурыми и неприветливыми личностями.

— Я заказал стейки из лосося и салат. Есть возражения?

Значит, мы не пойдем в ресторан. Он все-таки сделал по своему.

— А десерт? — спрашиваю я.

— Что ты любишь?

— Все! — восклицаю я.

И нет, он не улыбается.

Он вообще человек или робот?

— А конкретнее?

— Тирамису пойдет.

Я успеваю сходить в душ до того, как прибывает доставка. И, когда возвращаюсь на кухню, все уже аккуратно разложено по тарелкам.

— Зачем ты приехала в Москву? — внезапно спрашивает Артур, когда я беру в руку вилку.

— Портить тебе жизнь, — выпаливаю я.

— Это твоя единственная цель?

— В перерывах буду учиться.

— На кого?

— Я собираюсь стать сценаристом. Поступила в институт кино и телевидения.

— Сценаристом? — он удивленно поднимает левую бровь.

О, у робота есть эмоции!

— Да. Буду писать сценарии фильмов и сериалов. Я уже пишу! Я прочитала кучу книг, прошла онлайн-курсы и…

— А нормальную профессию ты не хочешь получить? — перебивает меня Артур.

Я застываю с вилкой в руке.

С трудом удерживаюсь от того, чтобы не воткнуть ее во что-нибудь бесящее. Например, в его глаз.

Этот высокомерный сноб только что обесценил мою мечту!

Артур

Девочка обиделась.