Но все равно останутся синяки, как пить дать.

Отсмеявшись, я вытер слезы и кивнул на непонятную штуку:

— Что это?

— Это роллы! — Фабиола гордо вскинула нос. — Гадость редкостная!

— Не сомневаюсь! — снова хиихкнул я. — Где ты это взяла?

— Попросила повара приготовить! Все, как ты сказал — переваренный клейкий рис, жареная рыба и капуста!

— Дура! — снова заржал я.

— Сам дурак! — обиделась Фабиола совсем как маленькая, даже губы натурально надула.

— Фаби, детка, все далеко не так просто, как ты думаешь! — отсмеявшись, начал я. — Нужна не просто капуста, а морская, я же не просто так это упомянул! И рыба тоже… Ну не целиком же жареная! Есть специальная технология приготовления риса, чтобы он получался клейкий, но при этом не разваривался в размазню, а оставался отдельными рисинками, капуста… Да это только название такое, там на самом деле не капуста даже, а водоросли сушеные и пресованные в виде листа! Имбирь тоже маринованный, а не простой, да и хрен особый!

— Ты не уточнял!

— Так я же не думал, что ты попробуешь это приготовить! — снова хихикнул я. — Тем более, даже не сама!

— Конечно, не сама! — вспыхнула Фабиола. — Как бы я это приготовила сама? Откуда мне вообще уметь готовить, я что, похожа на выпускницу поварской гильдии?

— Понятия не имею. — честно признался я. — Я не в курсе, как выглядят выпускники поварских гильдий. Да и чем они занимаются, представляю себе весьма смутно. А чем занимаешься ты в то время, что не проводишь со мной, я не представляю вообще.

Фабиола как-то странно посмотрела на меня, закусила губу и отвернулась.

— Я просто хотела попробовать кухню твого мира. — тихо сказала она. — То, что пробовал ты сам, а я — нет. То… Что тебе нравится.

— Да ладно. — я притянул принцессу к себе и обнял. — Считай, что вчера ты впервые попробовала стико вместе со мной.

— Стико это стико. — вздохнула принцесса. — Он у нас есть. А роллы нет.

Она уперлась лбом мне в грудь и застыла, как пугливая птица на руке. Казалось, что она даже дышать перестала и вообще окаменела. Будто бы искала у меня защиты и утешения, будто бы молчаливо плакала, просила не называть ее больше дурой. Будто бы объясняла все свое надломленное состояние, ничего при этом не объясняя.

Это какой-то парадокс. Это какой-то сюр.

Но, кажется, я начинаю понимать эту женщину. Просто для этого нужно перестать пытаться понять ее через те же материи, через которые я пытался понять всех прочих знакомых мне женщин.

Не зря же она просила не переносить мои знания о принцессах на ее личность.

С вероятностью в девяноста процентов в мире Фабиолы все приоритеты перевернуты с ног на голову.

Я положил руки принцессе на плечи и чуть отодвинул ее от себя, чтобы заглянуть ей в глаз:

— Скажи, а нам можно на кухню?

Фабиола пожала плечами:

— Я бы посмотрела на того, кто запретит. В конце концов, это наш замок, мой в том числе. Я иду, куда хочу и когда хочу.

— Прекрасно! — я схватил Фабиолу за руку и потащил прочь из мастерской. — Тогда веди.

— Куда?

— На кухню же!

— Зачем?!

— Будем делать роллы!

Путеводным цветом королевской кухни в этом замке был кислотно-розовый. Его линия на стенах была очень тонкой, но благодаря цвету не заметить ее было невозможно. Интересно, по какому признаку они распределяют цветовые указатели и есть ли этот принцип вообще? Лично у меня едва с розовым цветом не ассоциируется вообще… Разве что ветчина или карбонад какой розового цвета, и то — не дискотечно-кислотного.

Кухня скрывалась за широкими, но тонкими двустворчатыми дверями, явно придуманными для того, чтобы изнутри таранить их тележками, тяжело нагруженными всяческими деликатесами. Фабиола распахнула их и ворвалась на кухню, как маленький ураган — кто-то даже уронил что-то, металлически зазвеневшее по полу. В кухне повисла неприятная тишина, нарушаемая только шипением масла и звяканьем крышки на кипящей кастрюле, но, присмотревшись, я увидел, как повара неслышно перешептываются между собой.

К Фабиоле подошел дородный высокий гладко выбритый статный мужчина в белом фартуке, подпоясанном широким поясом с несколькими разномастными ножами в ножнах, и такой же белой шапочке блинчиком. С его серыми цепкими глазами, грубыми, шершавыми, покрытыми маленькими шрамами, пальцами, и острым подбородком, он мог бы быть обветренным капитаном дальнего плавания, или капралом каких-нибудь кавалеристов, вот на этих местах он бы смотрелся органично.

А он на кухне.

— Принцесса? — приятным низким голосом обратился мужчина. — Чем мы можем помочь? Желаете сделать новый необычный заказ?

— Здравствуйте, господин Милье. — Фабиола чуть присела в некотором подобии книксена. — Мы пришли отбирать у вас вашу кухню.

Я хмыкнул.

Кустистые брови господина Милье медленно поползли на лоб.

— Простите, принцесса?

— Я говорю, мы пришли отбирать у вас вашу кухню. — не унималась Фабиола. — Она нам нужна.

— Для… чего, если позволите?