— Тогда их не лейте, а делайте потом на готовом изделии. — я пожал плечами. — Фес, почему я учу тебя делать твою работу? Ты же лучше меня знаешь, на что способны и на что не способны твои работники!

— Вот сейчас было обидно. — прогудел Фес, — Но я согласен, мы придумаем, как это изобразить. Какой нужен ствол?

Я объяснил Фесу все характеристики будущего оружия, отдельно остановившись на пулях. Фес долго не понимал, что я от него хочу, поэтому пришлось отправить к фрезерным станкам и прямо вместе с ним выточить образец, с которого они потом отольют новые пули. Образец получился даже чуть легче, чем шарики, которыми я стрелял до этого — хорошо, значит, навеску драгонита в патроне можно будет не менять. Несмотря на то, что я снаряжал патроны пока что всего раз, я уже успел привыкнуть к ним.

Я решил не заморачиваться с патронами и использовать уже готовые гильзы уже известного стандарта. Сейчас нет никакой необходимости изобретать велосипед, кстати, отличная идея, и нет нужды придумывать какие-то иные патроны. Под те, что есть, кузнецы уже наделали достаточно гильз, к тому же они знают, как под них делать магазины. Только в этот раз магазины будут больше и двухрядными — на десять выстрелов. Магазинов я закал три, причем их позволил собрать прямо в кузнице, а вот детали самого оружия доставить отдельно мне, чтобы я собрал и протестировал сам.

Заодно я заказал Фесу нож, по памяти нарисовав карандашом прямо на полосе металла подходящей толщины силуэт горячо любимого Gerber LHR, которым я, к сожалению, в той жизни не мог легально обладать из-за законодательства своей страны. Фес подивился необычной форме ножа, но обещал все сделать в лучшем виде и я с чистой совестью направился к себе, прихватив целый мешок гильз. По пути зашел к плотникам и описал их фронт работ. Приклад с вырезом для крепления ремня и небольшое подвижное цевье, крепящееся на винт — вот и все, что мне нужно от них. Приняв заказ, плотники пообещали предоставить готовые изделия с космической скоростью — буквально через два часа.

В мастерской я сел набивать патроны драгонитом. Привычные 0.4 грамма, тонкий войлочный пыж, утрамбовать специально вырезанной под диаметр гильзы палочкой, отставить. Повторить.

Я не успел набить и двадцати патронов, как принесли обед. Снова служанка — Фабиола опять где-то пропадала. Сгребя свой рабочий хаос в сторонку, я кое-как разместил на столе миску с душистым рагу из кого очень сочного и мягкого, насколько поел, выставил, не дожидаясь служанку, поднос с посудой за дверь, чтобы не мешал, и продолжил набивать патроны.

За день я набил их штук триста. Оставалось еще заложить пули и завальцевать гильзы, но это совсем быстро, особенно при наличии специального станочка, который мне тоже должны будут сделать вместе с оружием.

После ужина принесли детали. Некоторые — еще теплые, другие — совсем холодные, но все идеально отполированные, со снятыми, где надо, фасками. Ствольная коробка создавала ощущение фрезерованной — настолько хорошо и точно она была выполнена. Наверняка Фес велел отлить ее с приличными допусками, а потом допиливать напильниками, или, возможно, загрузить на станок, чтобы довести до ума. В принципе, при условии существования здесь штангенциркулей, это тоже не очень удивительно.

Нож тоже получился славным — кузнецы не тронули изначальную толщину полосы металла, только вырезали заготовку нужного мне размера и формы, сделали спуски, уж не знаю каким образом, может, и отковали, отполировали все в зеркало и затравили чем-то до ровного черного матового цвета. Рукоять сделали из тонких плашек какого-то дерева, тоже черного, посадив их на сквозные винты. Получился очень крутой и невозможно тактический нож, наверное, самый первый тактически нож в этом мире вообще. Как раз то, что я хотел.

Отложив нож, я взял в руки корпус ударно-спускового механизма с торчащим спусковым крючком, закрепил его в маленьких тисках и принялся собирать конструктор. Управившись за пятнадцать минут, десять из которых заняли попытки без пинцета натянуть пружины и закрепить их как надо, я перешел к ствольной коробке. Соединил ствол с направляющей под цевье посредством металлической планки, напоминающей восьмерку, вставил ствол в ствольную коробку и повернул на девяноста градусов, фиксируя в упорах. Вложил в посадочное место отражатель и запрессовал его туда постукиваниями маленького молоточка. Подпружинил и загнал на свое место в затворе ударник, поставил на место сам затвор, просунув его тяги через заранее предусмотренные отверстия. После этого, приникнув к стволу и следя, чтобы все совпало, аккуратно опустил ствольную коробку на УСМ и дождался удовлетворительного щелчка, сообщившего о том, что защелка сработала.

Раскрутив тиски, я поднял почти готовое оружие и потряс его, ожидая услышать лязг и грохот плохо подогнанных деталей, но так и не услышал его. Вполне возможно, что все сработает.

Снова зажав ружье в тиски, я направил его в пулеуловитель и быстренько собрал одну пулю — подхватил турбинку из мешка, запихнул ее в гильзу, поставил патрон пулей вверх в обжимной станочек, взялся за рычаг и потянул. Патрон сжало стальной многоячеистой диафрагмой, обжимая гильзу.

С замершим сердцем я потянул тяги, пока еще лишенные деревянного цевья, открывая затвор, и несколько секунд глупо смотрел на стол, видимый в дыре окошка выброса гильз.