Суровые испещренные шрамами рожи. У одного нет глаза, у второго огромный ожог на пол лица, третий вовсе в маске — сразу видно, перед тобой ветераны местных войн.

И коль уж они сумели миновать третий десяток, значит они и впрямь чего-то стоят.

— Что случилось? — голос Джиробу был далек от радостного. Он смотрел прямо на Стаса.

— Благодаря моему лечению принц достаточно оправился, чтобы прийти в себя. Осознав, что он попал в плен, произошла эмоциональная вспышка, которая тем не менее быстро прошла, — Стас старался не встречаться с горящим взглядом принца, который мог многое сказать про «прошедшую самостоятельно эмоциональную вспышку».

Почему Стас умолчал о своем участии? Две причины. Первая, Ордынцев не был уверен в реакции воителей на то, что он пытал их беспомощного собрата.

Да, клан Сумада вроде как враг, но какому-то крестьянину в любом случае нельзя даже дергаться в сторону воителей. Вдруг, чего доброго он подумает поступить также и с ними самими? Легче пристукнуть много на себя взявшего целителя.

Вторая же причина… Стас имел определенные планы на принца, а для этого ему требовалось остаться его лечащим врачом как можно дольше.

— Вот значит, как, — Джиробу усмехнулся, глядя на принца. — Ну что же вы так, второй принц Джишин Сумада. До вашего пробуждения я бы еще подумал, чтобы оставить вам хотя бы видимость свободы, — старик показательно тяжело вздохнул, изображая сожаление. — Но теперь, сами понимаете, я просто вынужден принять меры. Уверен, вы поймете мои опасения. Начинайте. — старейшина кивнул стоявшему у себя за спиной человеку.

Вперед вышел одетый в тяжелый черный плащ мужчина без глаза и застывшим выражением лица. Однако, куда примечательнее было то, что он сжимал в руках.

Стас нахмурился, глядя на самые настоящие оковы, явно предназначенные для рук и ног. Они были довольно толстыми и на них были вырезаны символы похожие на закрученные в круг иероглифы.

Последнее заставило Стаса мысленно поморщиться. Он внезапно осознал, что изучение местной письменности будет тем еще геморроем.

Ордынцев буквально почувствовал, как напряглось тело Джишина, когда он увидел, что его ждет.

Землянин резко опустил голову и предупреждающе посмотрел на принца. Тот ответил яростным и непокорным взглядом.

Тогда Стас скосил глаза на открытую рану на груди и показательно нахмурился.

Его действия прямо говорили: «Если ты попробуешь дернуться, я снова это сделаю, и ты окажешься посмешищем перед своими же врагами».

Судя по тому, как стиснул зубы Джишин, он отлично понял незаметную пантомиму целителя.

Воитель с оковами подошел к кровати, после чего небрежно откинул простыни, открыв всем вид на израненное тело. Сначала он занялся ногами, поднимая их одной рукой и надевая окову за оковой.

Принц при этом не издал даже писка. Ноги и руки у него были изранены и хоть оковы были довольно широкими, но они все же задевали живую плоть.

Следом же произошло то, что заставило Стаса сосредоточить все свое внимание на процессе.

Воитель принялся касаться выгравированных и иероглифов на кандалах. Причем делал он это с четкой последовательностью, повторяя все четыре раза.

По символам в те моменты пробегала зеленоватая волна, которая также быстро гасла, как и вспыхивала.

Стоило последним символам потухнуть, как оковы медленно начинали сжиматься, пока плотно не обвили руки и ноги пленного.

— Вот так, — довольно кивнул Джиробу, когда «тюремщик» вернулся обратно. — Теперь мы можем не беспокоиться, что вы, принц, случайно нанесете вред себе или окружающим. Эти цепи, наша гордость, клановый артефакт дошедший из глубины веков. Он рассеивает ваш контроль над праной, не давая ее сформировать даже в ту же технику усиления и при этом не оказывает никакого негативного влияния на ваш очаг праны. В конце концов, мы надеемся договориться с вашим отцом и вернуть вас в целости и сохранности.

Принц ничего не сказал, смотря с горящей ненавистью на измывающегося над ним врага.

— А теперь ты, — Джиробу повернулся к Стасу и окинул его довольным взглядом. — Ты и впрямь не соврал насчет своих навыков. Принц Сумада очнулся хоть никто в это и не верил. Довольно иронично, не так ли, что ранее именно ваши люди ударили по нашим целителям, вырезав их всех, а затем вы не смогли получить никакую помощь, — последнее было обращено скорее к безразлично уставившемуся в потолок принцу. Тот опять никак не отреагировал.