Не предусмотрел. Почувствовал во рту привкус крови.

Я разогнался на льду, оказываясь рядом с Оскаром, ударил воздухом и прижал его к земле. Можно сильнее. Оскар захрипел, я ослабил хватку.

Лёд под ногами начал плавиться и превращаться в воду. Это он зря. Думать надо. Водяной канат обвился вокруг шеи Оскара, я начертил ловушку на земле, заморозил воду, швырнул Оскара туда.

Энерголовушки не были моей специализацией, но вполне работали. Ещё одна стрела от Оскара, уже тусклая и слабая. Его резерв пока не выдерживал долгого марафонного боя.

Столпившийся народ смотрел с замиранием. Нет, позорить будущего короля перед ними нельзя, нужно закончить условной ничьей.

Оскар соскочил с места и снова обзавёлся энергетическими пистолетами. Я резко выстроил стену льда, отошёл на шаг назад и проследил, как она рассыпается осколками.

Никакой следующей атаки не последовало, наступила гнетущая тишина. Я растопил лёд и осмотрелся. Оскар стоял на месте, явно к чему-то прислушиваясь. Вокруг уже стемнело, а света от бара явно не хватало, чтобы увидеть всё, что нас окружало.

Прошло ещё несколько долгих секунд, и я услышал вдалеке завывание сирены и синие вспышки маячков.

— Полицаи!

Пронзительный девчачий вой разорвался в тишине, как бомба. Толпа бросилась врассыпную. Я вцепился взглядом в Оскара и бежал за его светлой макушкой.

Тут не до мук выбора, куда и за кем следовать — я совершенно не ориентировался в огромных кварталах городских трущоб. На секунду я потерял Оскара и с ужасом осознал, что маячки и предупредительная сирена уже совсем близко.

Из темноты высунулась рука и дёрнула меня за капюшон, затягивая в переулок.

— Туда, — Оскар указал на параллельную улицу. — Шевели булками, мажорчик.

Я бежал прямо за ним, решив, что со словом «мажорчик» можно разобраться и потом, главное сейчас дышать ровно. К мигалкам подключились сирены. Похоже, городская полиция и правда решила устроить облаву.

Пересекли две улицы. Свернули направо. Ещё метров двести. Налево. Машины полиции постоянно мелькали где-то рядом.

— Негде просто переждать?! — я нагнал Оскара.

— Так тебя и впустят в дом, мажорчик! — шевелись!

Мы оббежали ещё несколько кварталов, постоянно сворачивая и ускользая из-под света фар, беготня порядком надоела, но на этих темнеющих улицах негде было спрятаться. Хоть и звучало глупо.

Я приметил переулок, где машина не проедет и, резко дёрнул Оскара за майку, двинул туда.

— Какого?!

— Не возникай!

Я перепрыгнул через гору мусора и чуть не угодил в вонючий контейнер. Оскар приземлился рядом и тяжело дышал. Сирена пронеслась мимо и на время всё стихло.

— А говоришь, не местный, — выдохнул Оскар, оглядывая наше дурнопахнущее укрытие.

— Не местный. Просто сориентировался, — я прислонился к прохладной стене.

— Ну так и ориенти-ти-тиривуйся… Вали домой, короче, мажорчик, что ты вообще здесь забыл?

Я хмыкнул и получил едкий взгляд «Короля».

Оскар достал из болотных штанов мятую пачку сигарет и закурил. Мне почему-то тоже захотелось, хотя, кроме пылкой любви к еде и хорошему вину, я особо не обладал вредными привычками.

Наблюдая за вьющимся тонкой струйкой дымом, я слегка погрузился в транс. Хорошо, что полиция не смогла до меня добраться — это грозило таким скандалом и потерей репутации в глазах отца, что хоть вешайся.

— Чё молчишь? — Оскар покосился на меня.

— А, да нет, я бы тоже покурил.

— Ну, травись, — он протянул мне сигарету.

Дым и вправду был до одури противным, а я сейчас будто за углом от ментора прятался, как пацан. Я хмыкнул.

— Так чё тебе надо здесь?

— Искал приключения на задницу, — я пожал плечами.

— Ну, я так и понял, — Оскар глубоко затянулся. — Вроде полицаи свалили.

— Заработать хочешь?

Я решил не тянуть с вопросом. Вряд ли частые прогулки по трущобам мне будут удаваться.

— Вещай, мажорчик, — кивнул Оскар.

— Мне нужно проследить за одним типом. Где он, чем занимается. В общем, каждый шаг.

— На кой хер?

— Тебе какая разница. Я плачу, — вытащив из кармана чётки, покачал ими перед лицом Оскара.

— Знаешь, что это?

— Ого-о-о, — он потянулся к бусинам. — Знаю, слышал, только особо не видел никогда.