[Нельзя ему в кресло. Прожжет.]

[Пока вы тут страдаете хренью, там ставка уже до пяти “мифрилок” выросла. В отличие от вас, руководители кланов понимают, что делают.]

[Не смеши мои тапочки. Они просто гребут под себя все, до чего могут дотянуться. Уверен, через сутки после завершения торгов эта шмотка снова там появится. Только ценник будет в два раза выше.]

[Твоя проблема в том, что ты не умеешь мыслить стратегически. Через полгода эту броню можно будет сдать за пару сотен мифрилом. Кстати, Фантом — тупой краб, жадный до денег и не понимающий своей выгоды.]

[Тупой краб здесь только ты. Фантом сейчас на это бабло бустанется и еще десять таких шмоток выбьет. А ты так и будешь вещать с пропуканного дивана о том, что он все делает не так, как надо.]

[ТС — нерак.]

[Какой-то щедрый даун подбросил ставку до десятки. Зачем?! Что в этой броне такого?]

[Компенсация характеристик. Абсолютная прочность. Сопротивления. Возможность улучшения за счет сбора комплекта. Иммунитет, который, на минуточку, дает блок рефлекта для хаотических магов. Вложение в будущее. Все эти мысли должны были уже давно промелькнуть в твоей голове, но для этого требуется наличие мозга, увы.]

[Я не разобрался, Фантом все-таки рак или нет?]

[Креветка.]

[Интересно, до какого уровня ценник дойдет. Мне кажется, двадцатка — это максимум.]

[Учитывая лютые ограничения, вангую, что максимум уже достигнут.]

[Тридцать-сорок минимум.]

[Это уже перебор.]

[С какой стороны посмотреть. Рынок давно перегрелся и откатился, бешеных ценников на всякий хлам давно нет. Значит, будет оценка или по текущей полезности, или по будущей. На данный момент профит здесь нулевой, а вот через полгодика такой сет может зарешать. Сколько может стоить броня из решающего сета? Возможно, полтинник. Значит, прибавляем к нулю полтинник, делим на два и получаем двадцать пять монет. Это и есть справедливая цена.]

[Дай мне адрес твоего учителя математики. Напишу ему, чтобы уволился и пошел работать дворником.]

[Прикольные выкладки. Думаю, ты прав, двадцать-тридцать монет эта хрень стоит.]

[Выброшенные в пустоту деньги.]

[Грамотно вложенные деньги. Это ты здесь с топором за крысами гоняешься, а серьезные люди миллионами ворочают. Знаешь, какие обороты в торговых кланах? Там тысячи сделок в день проходят. Где-то золотишко капает, где-то мифрил. А на выходе — реальное бабло, машины и особняки на Рублевке.]

[На Беверли Хиллз, ага. И на Манхеттене.]

[Опять влажные мечты школьников из Подкаменного Нижневздрищенска начались.]

[Поржал. Пишите еще.]

Дочитав до этого момента, я удрученно вздохнул, после чего решительно закрыл дневник.

Возможно, мне действительно следовало заняться торговлей — еще на старте игры. Однако тотальный круглосуточный мониторинг игрового аукциона рано или поздно грозил превратиться в изощренный способ самоубийства. Если не физического, то морального.

— Нафиг надо…

Перспектива самостоятельного заплыва до острова некромантов и облюбованного демонессой храма вызывала в моей душе легкую тоску, но других вариантов попросту не было — последние деньги ушли на телепортацию из Люциуса, кошелек в очередной раз явил свое замшелое дно, так что рассчитывать следовало лишь на собственные силы.

Осознав этот грустный факт, я ушел с центральной площади, добрался до порта, а затем вызвал питомцев и соскользнул в теплую морскую воду.

— Хррень!

— На голову переберись, вредитель мелкий. Краб, а ты лезь на Говарда… да, розовый, повезешь его, нефиг булькать… хорош буянить, я знаю, что вы друг друга не любите!

— Кошмарр!

— Он самый. Вперед.

Как ни странно, это путешествие оказалось удивительно спокойным — на море стоял полный штиль, кальмар без особых проблем держался на поверхности, а вцепившийся в него крылан героически переносил близость с чуждой стихией, лишь изредка попискивая из-за поднятых моллюском брызг. Даже сидевший у меня на шлеме Флинт прекратил буянить, до минимума сократив количество ценных замечаний относительно нашей прогулки.

— Опассноссть. Хррень.

— Да-да…

Финал всей этой эпопеи оказался стандартным — как только мы с питомцами попали в зону ответственности демонессы, нас тут же выдернули на аудиенцию. Вместе с парой кубометров морской воды и пучком склизких бурых водорослей.

Впрочем, на этот раз леди Халь даже не подумала возмущаться из-за возникшего в храме беспорядка.

— Человек, я знаю, что ты выполнил мое задание. Вставай. Ты достоин награды!

— Совершенно определенной награды, — уточнил я, поднимаясь на ноги. — Как договаривались.