Чем больше думала, тем больше склонялась к варианту, что надо ректору рассказать правду. Не во всех подробностях, но основное. Единственное, обязательно нужно четко составить клятву, чтоб ее нельзя было обойти. Хотя Кенисвиль мне показался человеком порядочным, но я не забывала, что он тоже служит короне, являясь Независимым Советником его величества. Это значит, что долг перед страной может перевесить, и он поступится обещаниями, данными мне, поведав мои тайны монарху.

Хотя я все еще сомневалась, но в уме уже начала прикидывать слова, которые должен будет произнести ректор и подтвердить магией, чтобы я смогла ему доверится.

За всеми этими мыслями время пролетело быстро, и сначала ко мне присоединилась радостная Санни, зачисленная на бытовой факультет, а потом озадаченный Рем. Ему предлагался выбор между направлением Целительства и Артефакторики. Он не поступил на льготное место, поэтому у него был выбор только сотрудничать со мной, обучаясь мастерству создания артефактов или возвращаться домой ни с чем. Он, конечно же, принял мое предложение, но все еще сомневался. Было видно, что ему очень хочется стать лекарем. В глубине души я даже начала сомневаться, что поступаю правильно. Однако уже в следующий момент пришло интуитивное понимание, что я все-таки права. Не знаю, что это. Но уже не удивляюсь. Подобные ощущения часто меня навещают с момента моего появления в этом мире. И пока ни разу меня не подвели. А значит, и сейчас им надо следовать.

Так, каждый в своих мыслях и переживаниях, мы пошли небольшой группкой оформлять документы, необходимые для поступления.

***

Мы быстро нашли ректорат и отстояли небольшую очередь. Небольшую, потому, что нам относительно повезло и "отстрелялись" мы примерно в середине потока поступающих. Кроме того, многие аристократы не соизволили самостоятельно явиться на оформление документов, поэтому чуть позже тут ожидался наплыв их поверенных, о которых очень нелестно отзывались работающие тут люди, в разговорах упоминалось "скандал" и "количество вип-мест надо увеличивать". Поэтому очень порадовалась, что успела прийти раньше многих. Апартаментов повышенной комфортности было немного. Всего пять блоков по пять одноместных комнат в каждом. Я очень не хотела жить с кем-то посторонним, опасаясь разоблачения, поэтому решила снять весь блок целиком, поселив вместе с собой свою помощницу и нового знакомого, с которого позже планировала взять клятву. Однако последнее вскоре потеряло актуальность, ведь когда молодой мужчина, оформлявший нас, узнал, что за всех плачу я, сразу спросил: озаботилась ли я договором с этими людьми, где бы прописывалось, на каких условиях оплачиваю им обучение. Необходимости заключать такое соглашение с Санни я не видела, она была связана нерушимой клятвой, а вот с Ремом мы составили нужный документ, куда автоматически включался пункт о неразглашении. Такой магический договор невозможно было не исполнить, наказание за невыполнение — медленная и достаточно мучительная смерть. А пункты о конфиденциальности вообще приравнивались к клятве, которая просто не даст одной из сторон трепать языком.

На удивление, после подписания документа Рем расслабился. То ли потому, что решения больше было не изменить, то ли из-за того, что окончательно смирился. В любом случае дергаться он перестал, что меня обрадовало.

Неожиданно возникли проблемы с заселением. Меня очень долго отговаривали, что отдельный блок - очень дорого, что пять мест на троих — слишком много, что с челядью (это про моих друзей, кто не понял) жить неудобно и не полагается. И вообще, вип-мест немного, и их нельзя просто так занять, да еще и непонятно кому. В итоге мне пришлось закатить омерзительный скандал, копируя одну мою земную подружку Светочку, в котором конструктива не было никакого, зато было много возгласов на тему: "Да вы знаете, кто я?", "Да вы знаете, что сделает с вами мой папуля?". Для полного набора не хватало только "Да вы знаете, кто мой парень? А как он меня любит?". После этого нас быстро заселили, поспешно избавившись от истеричной особы, роль которой я так удачно сыграла. Правда, уже на выходе я услышала чей-то шепот, что "пусть эти истерички с сами с друг другом разбираются" и "отправим всех к ней, у нас скандалов в кабинете меньше будет".

Наш блок произвел сильное впечатление даже на меня, что уж говорить о моих спутниках. Пять комнат были объединены общей гостиной с камином, удобными диванчиками перед ним и огромным столом, где можно и совместное занятие устроить, и попойку. В этом помещении, мне кажется, поместится весь факультет. Кроме того, тут имелось небольшое подобие кухни, представленное чайником и самонагревающимся камнем, чтобы можно было разогреть еду, которая легко заказывалась за отдельную плату, хотя в Академии была и бесплатная столовая.

Сами спальни по большому счету были многофункциональны. Пространство в них было зонировано, и, кроме удобной двуспальной кровати, в ней имелся письменный стол рядом с книжным шкафом, маленький круглый стол с двумя стульями, чтобы можно было попить чай с гостем, и небольшое трюмо, где можно было привести себя в порядок. Еще в каждой спальне была крохотная гардеробная и отдельная небольшая ванная с туалетом и умывальником.

В общем, условия - царские. Санни, привыкшая со мной как к комфорту в моем городском особняке, так и к более скромным условиям, хоть и была приятно поражена, но особого восторга не показала. А вот Рем был ошеломлен и сначала благодарил меня за то, что поселила его "во дворец", потом ругал за пустые траты, позже начал злиться, сказав, что не будет со мной за это расплачиваться, и опять перешел к благодарности. В общем, маленький дурдом.

***

Я уже собиралась идти к ректору, когда произошел неприятный инцидент. Неожиданно к нам в дверь постучали. На пороге стоял низенький и полненький мужчина, похожий на колобка.

– Вы что-то хотели?
– робко спросила Санни, открывшая дверь.

Незнакомец нагло отпихнул ее с прохода, заваливаясь в гостиную и плюхаясь на диван.

– Хозяйку позови!
– грубо приказал он моей помощнице.

А я начала заводиться. Было желание сразу вытолкнуть хама за дверь, но сдержалась, не желая сразу прослыть у местных невоспитанной хабалкой.

– Добрый день!
– у меня получилось вполне дружелюбно.

– Хозяйку позови, я сказал!
– сквозь зубы процедил толстяк, окинув меня взглядом, полным презрения. Конечно, я, наверное, не вписывалась в его представление о богатой аристократке. Ведь до сих пор была одета в свой костюм, и на мне почти не было украшений.

– Лу из младшей ветви королевского рода Кентундер, - холодно представилась я, присаживаясь на диван. Я не соврала, называя свой род, но вообще у дроу так представляться было не принято. Но мне нужно было осадить мужчину, и я надеялась, что он не в курсе таких подробностей. И оказалась права.