Но затем Шон показал мне смонтированное видео. И я забыла про сиськи, про пресс, про мышцы и прочее.

– О-о-о…

– Как тебе?
– поинтересовался Шон, когда видео закончилось.

Кажется, у меня глаза сейчас были круглые, как у кошки, что увидела любимую еду.

– Чува-а-ак, ты же того… я же там прям ух…

– Все на что ты можешь, леди журналистка? У тебя же должен быть язык подвешен.

– Ага.
– я честно постаралась прийти в себя.
– Зачем вы это сделали? Тут же. Блин, я честно не знала, что Дамиан снимает!

– Я скрытный.
– буркнули с дивана.

– Дэм снимает все, что посчитает интересным.
– голос у Шона стал чуть интригующим.

Я смотрела на видео, которое нарезали из моей съемки и из того, что успел снять Дамиан. Как ему удалось это сделать так незаметно? На видео я сидела на корточках напротив Пранкера. Между нами - сетка, на видео почти незаметная. Дамиан ухитрился поймать солнечный свет так, что мои волосы и грива льва казались одинакового оттенка.

– Зачем вам это?

– Ну как же!
– Шон даже крутанулся в кресле.
– Включи свой нюх. Это будет бомба! Красивая девушка-волонтер даже из матерых львов делает милых котят. И всего лишь силой голоса!

– Ну я не стала бы чесать пузико льву даже в таком случае.
– заметила осторожно.

– И не надо.
– опять подал голос Дамиан.
– Не знаю, что там в твоем голосе им нравится, но за загородку ты не зайдешь.

Сама не собиралась. Нет, я не боялась львов. Ни капельки. Как и других животных. Давно уже поняла, что человек - самый опасный зверь. Как бы банально это ни звучало. Но и обнимашки с царем зверей в мои планы тоже не входили. Пусть с Дамианом обнимается, ему не привыкать.

– Ну а заголовок то какой хочешь сделать?

– Мне нравится: сирена для диких зверей.

Я закашлялась, примерно такой же звук раздался со стороны, где сидел Дамиан. Он что, тоже не в курсе заголовка? Обернулась. А, нет, это собака решила покашлять со мной. Из солидарности, полагаю.

– Будут вопросы.
– подал голос Дамиан.
– Например, все в курсе, что мы не пускаем журналистов. А эта вот проникла.

– Ну тут два варианта.
– весело откликнулся Шон.
– Либо мы просто недоговариваем правду о професси Кристины, либо я на коленке сейчас сочиню трогательную историю ваших взаимоотношений, которые оказались сильнее журналистофобии Дамиана.

Вот теперь закашлялись мы оба. Дружно. Как-то такой поворот воображения Шона я не ожидала. Он мне казался серьезнее что ли. Суровый мужчина, живущий на природе, бок-о-бок с дикими животными. И… просто любовный романчик какой-то.

– Давайте не надо придуманных любовных историй?
– я едва не сорвалась на крик.
– Мне же еще домой возвращаться с интервью. Как вы объясните это? Придумаете, что коварная журналистка разбила сердце Дамиану?

– Хм…

Я увидела в глазах Шона блеск и пожалела, что не откусила себе язык.

– Так! Никаких разбитых сердец!
– это уже подал голос Дамиан.

Он встал с дивана, оперся о стол обеими руками. Мой взгляд сначала сам собой перескочил на его мышцы, что напряглись под загорелой кожей. Потом я тут же мысленно дала сама себе подзатыльник.

– О, ты меня поддерживаешь! Какая редкость.

На мою фразу Дамиан отреагировал весьма холодно. Лишь повел плечом. Мол, ты еще здесь? Вместе со своими глупостями?

– Шон, для всех она, - он ткнул в мою сторону пальцем, - просто волонтер. Напишем еще, что я сам позвал ее сюда, когда заметил как она спасла на улице собаку. Вроде не соврем, но и всей правды не скажем.

– У нее имя есть.
– напомнила я.

Ненавижу, когда обо мне говорят в третьем лице.

Дамиан глянул на меня коротко.

– Как Кристина спасла собаку.
– сделал он особый акцент на моем имени.

– Предлагаю сократить имя до Крис.
– отозвался Шон.
– Это звучит лучше. И сочетается с акцентом. О да, Кристина, ты в курсе, что твой акцент весьма сексуален? Его надо использовать!

– Вот поэтому я никогда не стану знаменитой.
– проговорила куда-то в воздух.
– Все обсуждают тебя так, точно ты кукла. Какие-то ярлыки навешивают, имя меняют.

– Уже обсудили.
– хохотнул Шон, пока Дамиан смотрел на меня и, кажется, скрипел зубами.
– Так ты не против выставить свою мордашку в Инсту?

– Моя мордашка там уже несколько лет, так что даю добро.

– А раз так, то можешь возвращаться к работе.
– сообщил Дамиан.

– Меня нет в расписании.
– добавила скромно.

– Конечно. Ты эту неделю в полном моем распоряжении.

– Так что мне тогда делать?
– спросила смиренно, прикусив язык, чтобы не прибавить “хозяин”.