Но надо мной, заслоняя всю эту красоту, склонился Дамиан. Суровый и небритый, всклокоченный и донельзя довольный.

– В душ.- командовал он деланно строго.
– У нас есть пара часов, чтобы сгонять в город и привезти твою одежду. Потом мне надо будет встретить ветеринара. У нас жираф ногу сломал. Ночью вывозили ближе к администрации.

– Кто?
– я аж подпрыгнула, отчего мы едва не столкнулись лбами.

Дамиан чуть отодвинулся.

– Я и волонтеры, кто же еще. Ты спала, будить не стал.

– Это я так дрыхла, что ничего не слышала?!

– Видимо, тебя утомили.
– подмигнул мне этот мужчина Моего Интервью.
– Все, в душ. Времени особо нет. Шон пока с двумя волонтерами присматривают за жирафом. Он на специальной территории для таких случаев.

Меня пулей сдуло с постели. Ну как сдуло. Я попыталась встать, охнула и Дамиан с усмешками поднял меня на руки. После чего отнес в душ, где я со стоном сначала включила теплую воду, потом холодную, потом опять теплую. Пока мышцы не перестали ныть.

– Господи, как же хорошо.
– выдохнула, вытирая волосы.

Потом увидела ухмылку Дамиана, предупредила.

– Это я не про тебя, а про утро.

– Ну так и я к этому “Господи, как хорошо” приложил руку.

– И не только.

– О, да-а-а!

Я кинула в него полотенцем. Вот и поговорили. Дамиан не обиделся, а принялся его аккуратно развешивать на стуле, причитая какая женщина неаккуратная, не знает, что с мокрым полотенцем делать.

И никакой неловкости. Никаких пылких признаний в любви, от которых сводит скулы. Настолько они сладкие. Нет, я чувствовала себя совершенно свободно. Точно уже кучу дней просыпалась с Дамианом в одной постели.

Завтрак прошел в бурных обсуждениях. С нами за столом сидели Шон и Марита. Если вторая косилась на меня, видимо, не зная как отнестись к тому, что наткнулась на нас с Дамианом, выходящими из спальни, то Шон болтал за двоих.

– Письмами и сообщениями завалили.
– делился он, ловко подчищая тарелку.
– Да блин тут даже волонтеры ходили одуревшие от впечатлений. Одно дело - ты. А тут какая-то девчонка, пардон Крис, которая просто болтает. Стихи, кстати, тоже впечатлили. Многие, как выяснилось, русскую классику знают.

Я молча отхлебнула кофе. Мда, известность точно не мое. Сейчас не испытывала ничего, кроме неловкости. Вроде как влезла не на свое место и теперь стою тут, как дура.

Остальные, похоже, считали иначе.

– Ждите этих, как их называют, хейтеров, - пробормотала Марита.
– Дамиан, предупреждаю, что по финансам у нас сейчас более-менее, но если репутация упадет, то все, можем и разориться.

– Не упадет.
– мотнул тот головой.
– Марита, ты со мной с самого начала. Ты и Шон. Вместе мы поднимали “Дарнелл”, вместе прорвемся через трудности, как делали до этого. Черт, да я первого щенка гиен в честь тебя назову.

Я не выдержала и фыркнула. Марита погрозила мне кулаком.

– Дамиан, я тронута, но это не обязательно.

– Подожди.
– остановил ее Дамиан.
– По поводу хейтеров. Мы не можем доказать, что основной поток негатива создает моя бывшая. Мы не должны ввязываться в это. Наше дело показывать, что мы не такие, какими нас выставляют хейтеры. Не обращаем внимания и работаем.

– Кхм.
– не выдержала я.
– Не обращать внимание это хорошо, но что делать, если они ударят по больному? Не говорю о том, чтобы постоянно оправдываться, но при каких-то обвинениях порой надо действовать жестко.

– Пока таких обвинений не было.

– Чудом предупредили.
– почесал Шон затылок.
– Если бы дрянь с отравой получилась, то сейчас был бы… ну вы поняли.

– Зачем это Клэр?

Кажется, я задала вопрос, который волновал всех. Потом что после него Шон и Марита дружно уставились на Дамиана. Тот же глотнул кофе с таким видом, точно мы беседуем о погоде.

– Я думал об этом. Как говорил раньше, скорее всего попытка вернуть меня в семейное гнездышко. К родителям, в смысле. Подозреваю, что действует она не без участия моего и своего папаши.

– У тебя есть братья и сестры, почему бы не оставить в покое именно тебя?
– спросила я.

– Потому что отец не может смириться с фактом моего непослушания. Он расписал мою жизнь и карьеру еще когда я пинался у матери в животе. Он привык к тому, что все вокруг ходят по струнке. Я - вызов его власти. Клэр такая же. Я не бросился за ней, когда она меня оставила. А просто начал заниматься тем, что люблю. Она любит деньги, власть, свое положение. Наша свадьба сделала бы все это в два раза сильнее.