Он спас отца Эллюкки, но больше не будет играть никакой роли в этой битве.

Пока Андерс смотрел им вслед, темно-красный дракон, которого он принял за Торстена, взмыл над городской стеной, взорвав длинный участок бело-золотым пламенем. Он оставил после себя дымящиеся руины… Андерс не мог сказать, были ли среди обломков волки или нет.

Он засунул Скипетр обратно в сбрую Рейны и ударил ее по спине обеими руками, чтобы привлечь внимание.

— Опусти меня ниже, — крикнул он, и сила уже начала подниматься в нем в ответ на опасность и отчаяние, угрожая настигнуть его. Он чувствовал, как она приближается, и не было никакой возможности замедлить ее, не говоря уже о том, чтобы остановить. — Поднеси меня поближе!

Он должен был трансформироваться, если собирался сделать это, и он должен был сделать это, пока Рейна находилась в воздухе. Без ремней безопасности. Он расстегнул ремень, соединявший его с кожаными ремнями, вместо этого ухватившись за них руками. Как только он отпустит ее, у него будет всего один удар сердца, чтобы измениться и снова ухватиться за ее ремни.

«Если мы выберемся отсюда живыми, — сказал он себе, — мы добавим к этим штукам дополнительные ремни. Какую-то систему безопасности».

А потом у него кончилось время. Рейна нырнула, поняв его план, и Андерс бросился в волчью форму со всем, что у него было, направляя свой страх и свою решимость, делая изменение быстрее, чем когда-либо прежде. Он ухватился зубами за ее ремни, затем позволил задним лапам скользнуть вниз, пока они не оказались зажатыми между ремнями и ее телом. Яркие краски мира померкли, и он ожил от резких запахов едкого дыма и хрустящего инея.

Рейна выбрала путь, который приведет ее прямо между атакующими Дракон-сходу и волками, собравшимися на стенах, чтобы сразиться с ними. Прямо на путь их пламени, их копий.

Никто этого не ожидал.

Никто не мог вовремя остановиться, даже если бы захотел.

Андерсу удалось поднять передние лапы, он взвыл и обрушил их на спину Рейны.

И там был Ледяной огонь.

Серебряное пламя вырвалось наружу, поглощая огонь драконов и лед волков, поглощая их целиком, прежде чем они могли коснуться близнецов. Рейна остановилась, и Андерс снова вцепился зубами в упряжь, когда она обернулась, чтобы посмотреть, что лежит за ними.

В прошлый раз, когда Андерс бросил Ледяной огонь, и волки, и драконы были настолько сбиты с толку, настолько ошеломлены, что этого было достаточно, чтобы закончить битву.

На этот раз они были готовы. Его сердце упало, когда он понял, что волки уже начали новый залп, а драконы перегруппировывались, готовясь ответить.

На этот раз его Ледяного огня будет недостаточно.

Все вокруг него двигалось так быстро, образы проносились мимо, ветер хлестал его, пар поднимался снизу, лед трескал здания и жар посылал вздымающиеся вверх потоки, чтобы схватить Рейну. Ему показалось, что он увидел Миккеля и Тео, но могли ли его друзья уже догнать их? Еще он увидел пятерых волков, бегущих по крышам, и сердце его хотело сказать ему, что это его ульфарские друзья, но разум подсказывал ему, что это просто еще одни нападающие.

Его взгляд проследил путь, по которому они пришли, а затем он моргнул и посмотрел снова. Среди руин Ульфара, осыпавшейся каменной кладки и зубчатой траншеи, проходящей через Академию, был луч белого света, сияющий из одного угла обломков. Он был совершенно прямым, устремленным в небо. Его усталый мозг пытался осмыслить то, что он видел, пытался понять, из какой части Академии исходит свет, не является ли это какой-то новой опасностью.

Но потом он понял, что точно знает, откуда она исходит.

Это была мастерская Хейна.

Неужели дядя посылает им сигнал?

Он завыл Рейне, бросая свой вес в том направлении, куда он хотел, чтобы она смотрела, и ее огромная голова повернулась, когда крылья взмахнули, чтобы удержать их в воздухе. Не колеблясь, полностью доверяя ему, хотя она понятия не имела, почему он просит ее об этом, она направилась к столпу света. Она извивалась и крутилась, а он цеплялся за ее ремни когтями и зубами, метался, как тряпичная кукла, когда она приближалась к сигналу.

Даже когда они приблизились, он увидел, что сама мастерская пуста, вся крыша отсутствует, как будто ее снесло ветром. Он не знал, где находится Хейн, но свет, словно маяк, исходил от огромного листа металла, на котором были выгравированы руны. Что Хейн хотел, чтобы они увидели или сделали?

Он спрыгнул со спины Рейны, понимая, что у них есть только мгновения до того, как волки набросятся на них, заставляя себя вернуться в человеческую форму, даже когда его ноги коснулись земли. Его сестра не могла трансформироваться… не потеряв ремней, а это был единственный способ безопасно нести его. Она предупреждающе зарычала — ему или, возможно, приближающимся волкам — когда он пробирался по обломкам к центру комнаты.