Оставив в покое стонущего мужика, я отошёл подальше от распространяющего миазмы нечистот тела и стал делать следующую запись. Перед уходом посмотрю, что с ним станет, а пока стоило проверить может ли человек синхронизироваться с человеком или хотя бы насильственно накачать другого своей энергией.

Пришедшие в себя от шума трое оставшихся из первой партии испуганно орали и матерились. Мысленно ругнувшись, потираю виски, и приказываю миньонам заткнуть крикунов кляпами.

* * *

«И что садисты в этом только находят? Неужели им нравиться слушать шум и вдыхать подобные запахи? — через некоторое время думал я, сделав перерыв на перекус. — Больные люди! Хотя… — я представил на месте убираемых марионетками тел — Маркуса, жирного Клауса или ту же Надженду. — Нет, наблюдать за муками врагов приятно, но сама по себе чужая боль выглядит не эстетично. Да и пахнет тоже».

Клепать воинов духа, насильно пробуждая им способности — не вышло. Как оказалось чужая энергия для посторонних немногим полезнее силы тэйгу. К тому же в отличие от более плотной силы артефакта моя энергия далеко не так легко пробивала естественное сопротивление. Приходилось наращивать поток и в итоге с аурой подопытных происходило то же, что и подключенным к баллону высокого давления шариком. Все более удачные попытки тоже закончились смертью с последствиями, сильно напоминающими первый эксперимент.

Остальные опыты тоже не слишком порадовали. Оставалось утешать себя тем, что получилось собрать немало информации, которую экспериментируя на себе, я бы не получил. Теперь у меня было над чем подумать и от чего отталкиваться в дальнейшем.

Правда эта возня уже начинала раздражать, мне хоть и нравилось узнавать новое, но сам процесс, здорово напоминающий унылую рубку смертников, энтузиазма не вызывал. От криков и работы сенсорики заметно побаливала голова, а количество добровольцев сократилось лишь чуть больше чем в два раза. А ведь я после игры в «доброго доктора Айболита» ещё хотел кое-кого навестить. Эх, это будет долгая ночь!

Интерлюдия 1

— Что думаешь Райн? — спросил у своего давнего коллеги и приятеля старший следователь криминальной полиции Кога. Без малого сорокалетний мужчина несколько опоздал, безуспешно пытаясь вытянуть из неадекватных свидетельниц что-то кроме галлюциногенного бреда и теперь, приехав к ещё пышущему жаром особняку, желал поскорее войти в курс дел.

Невысокий черноволосый крепыш с небольшими усами и намечающимся брюшком, затянулся сигариллой и, выпустив несколько дымных колец, коротко произнёс:

— Глухо.

— Серьёзно? — удивился высокий и худой как щепка блондин. — Хочешь сказать, кто-то грохнул этого демонова выблядка, передавил его шакалов и совсем не оставил следов? — с ноткой сарказма спросил Кога, жадно потянув носом ароматный дым. — Да, блядь! Хохочущие демоны явились к грешникам и утащили их к Тёмному! Так в протоколе и напишем!

— Что, достали, дружище? — сочувственно улыбнулся брюнет. — Угощайся, успокой нервишки, — Райн, от которого не укрылись жадные взгляды товарища, протянул тому портсигар.

— Не, — с сожалением мотнул головой следователь, — бросаю. Дорого, зар-раза! Жена пилит ещё, — худое лицо блондина исказилось, словно от зубной боли. — Начиталась всяких бредней в бабских журналах, теперь в своём доме даже и подымить не могу. Попадись мне этот писака! Я б ему, в кутузке, показал пассивное курение! Он бы у меня любимой женой всей камеры стал! — зло сплюнул Кога.

— Дело твоё, — хитро посмотрел коренастый. — Парни из соседнего отдела как раз накрыли склад с куревом… — протянул он и с наслаждением затянулся. — Но раз у тебя жена — генерал…

— Э, не гони лошадей! — под тихий смешок приятеля занервничал суетливый Кога. — К чёрту эту дуру, попилит и успокоится! И так в жизни радостей мало, — зажав табачную палочку в уголке рта, худой блондин защёлкал зажигалкой.

— Так что там с делом? — сделав первую, самую сладкую затяжку, спросил значительно подобревший блондин. — Неужто наши нюхачи ничего не нарыли?

— Как не нарыть? Нарыли, даже возможного заказчика назвали, — Райн глубоко затянулся новой сигариллой и ткнул пальцем вверх. — Поэтому и говорю — глухо. Нет смысла дёргаться, всё равно спишут дело на внутреннюю свару и закроют. Или молчи-молчи заберут, если это не они устроили. Один хрен не наши проблемы.

Кога потёр переносицу и спросил:

— Значит, чистильщики?

— Скорее всего. Наёмники так не работают, — невысокий следователь махнул зажатой в руке сигариллой. — Следов мало, работала группа от трёх до семи человек. Все тела сожжены вместе с домом, но судя по следам, наружную охрану и слуг вырезали почти без боя, не подняв тревогу внутри. Девки и спиногрыз живы и не попорчены опять же. Элита работала, клан убийц или спецура. Не наши проблемы короче.

— А знаешь что? Насрать, кто удавил эту мразь! Сегодня вечером напьюсь за их здоровье и за покой всех наших, которых эта возомнившая себя неприкасаемой погань убила или подставила!