— Заткнись! — лицо девушки, утратив весь задор, исказилось в гримасе отвращения.

— Не злись, Огонёк. Я просто хочу тебя морально подготовить, — с сочувствием посмотрел на свою подругу парень, — любя.

— Ребята, — Акира окинула нас троих жалобным взглядом, — это же неправда?

— Кхм, — Натал постарался придать себе серьёзный вид и не засмеяться. — Он преувеличивает.

Слева раздался отчетливый хмык улыбнувшегося Бэйба.

— Сильно преувеличивает, — добавил друг. — Очень сильно.

Глядя, как на лице девушки задумчивость сменялась осознанием, а затем возмущением и злостью, я не смог сдержать улыбки. Натал начал тихонько посмеиваться, через секунду его поддержали я и сам шутник. Даже кучер, сидевший на козлах нашей кареты, начал смеяться, но, наткнувшись на яростный взгляд зелёных глаз, сделал вид, что закашлялся.

— Ах ты гад! Опять выставил меня дурой?! — рыжая, бросив поводья, кинулась нести возмездие. Её четвероногий транспорт, почувствовав свободу, зашагал в сторону, но был перехвачен рукой здоровяка.

— Ай! Только не по голове, это моё больное место!

— Это твоё пустое место! Идиот! Не смей прикрываться моей сумкой!

— Хм, а не врут те, кто говорит, что самые счастливые пары получаются из садистки и мазохиста, ну, или наоборот, — усмехнулся я, повернувшись к Наталу.

— Ха-ха, похоже на то, Куроме, — рассмеялся блондин, глядя, как покрасневшая Акира, сверкая глазами, увлечённо лупит своего веселящегося парня.

Кей только ещё шире заулыбался от комментариев. А вот обладательница огненных волос и такого же характера сделала вид, что ничего не услышала. Только покраснела ещё сильней и, прекратив бить острослова, отобрала у него свои вещи. Выхватив из рук Бэйба поводья, девушка независимой походкой повела вороного в конюшню.

— Остановимся в городе. Я уточню, когда караван двинется дальше, а вы поймайте извозчика, — решил Натал и направился к начальнику охраны, о чем-то разговаривающему с лысым пузатым мужиком с бородой до груди.

— Гляди, Куроме-чи, твоя «не любовница» кого-то ищет. Не тебя ли? — Кей показал в сторону вывернувшей из-за угла блондинки.

Кей с Бэйбом зашагали в направлении некрупного мужичка, дремлющего на козлах запряженного парой коней экипажа, а я направился к девушке.

— Привет, Эрис, ищешь кого-то? — спросил я, дотронувшись до её плеча.

— Ой! — девушка дернулась и резко обернулась. — Здравствуй, Куроме. Не подкрадывайся так, ты меня напугала.

— Разве ты не слышала моих шагов? — удивился я. — С таким контролем окружения тебя и ребёнок прир… Кхм! — я оборвал себя на полуслове.

— Не слышала, — блондинка отрицательно качнула головой. — А что ты хотела сказать про ребёнка?

— На улицах полно мелких воришек. Если будешь зевать, они обувь с тебя прямо на ходу стянут. Так что старайся поглядывать по сторонам и тренируй слух.

— Да? — ярко-зеленые глаза, с удивлением посмотрели на меня. — Хорошо, я буду внимательна. Скажи, Куроме, ваша компания уже решила, где остановиться?

— Пока нет. А что?

— Мы собираемся поселиться в гостинице, которую держит знакомый Хантера. Старик говорит, что там чисто, недорого и вкусно кормят.

— Приглашаешь поселиться вместе с вами?

— Да! — улыбнулась блондинка. — Я познакомлю вас с остальной труппой. А Хант обещал вечером устроить выступление. Ну как? Ты согласна?

— А ты уверена, что остальные артисты будут нам рады?

— Конечно! Старик говорил, что у его друга найдётся несколько свободных мест. И я сказала всем нашим, чтобы не слушали те гадости, которые про вас рассказывают. — Эрис, нахмурившись, раздражённо сдула попавшую в лицо прядь волос. — Представляешь?! Какие-то лгуны распускали сплетни, что это ты напала на тех двух негодяев и избила их! И как у них только язык повернулся?! Ты же спасла весь караван!

— Слышала, — я безразлично пожал плечами. — Люди любят придумывать и раздувать слухи. Не убивать же их за это?

— И тебя не задевают эти россказни? — удивилась девушка. — Из-за них о тебе и твоих друзьях могут плохо подумать.

— А кто они такие, чтобы их мнение меня волновало? Пусть у себя в уголке говорят и думают, что угодно. А полезут или станут говорить слишком громко… им же хуже. Не понимаю твоей реакции. Ты же дворянка, Эрис. Когда аристократию беспокоили россказни черни? — спросил я с долей насмешки.

— Ты говоришь прямо как отец, — со странной интонацией произнесла Эрис, покачав головой. По её лицу пробежала тень.